– Показать твое сообщение, которое я должна была отправить? На случай, если оно выпало из твоей памяти? – Не дожидаясь ответа, Адрана придвинула к Лагганвору лист бумаги. – Прочти вслух.
– В этом нет необходимости.
– Прочти вслух.
Он прочистил горло:
– «Столкновение с обломками или парус-сечью, корпус пробит, Лагганвор мертв, Адрана… тяжело ранена. – Он замолчал, как будто у него пересохло во рту. – Продержимся недолго. Включите трещальник немедленно, игнорируя все предыдущие договоренности. Коссел». – Он облизнул губы и сверкнул улыбкой. – Признай, получилось коротко и ясно.
– Ты намеревался солгать Фуре о том, что я на грани смерти, чтобы заставить ее включить трещальник и раскрыть свое местонахождение.
Он оттолкнул лист:
– Мне нужна была… убедительная мотивация.
– Верю, – кивнула Адрана после недолгого молчания. – По крайней мере, я верю, что ты убедил самого себя, будто принимаешь наши интересы близко к сердцу. Я также верю, что ты считаешь сотрудничество с твоими хозяевами лучшим способом повысить наши шансы на выживание. Ты добиваешься того, чтобы нас схватили.
– В этом случае…
Адрана заставила его замолчать, взмахнув веерным клинком.
– Неважно. Мне плевать, что ты считаешь благом для нас. Почти всю жизнь за нас с Фурой принимали решения люди, верившие, что хотят нам добра. Это не повторится – ни в твоем исполнении, ни в чьем-то еще.
Его тело обмякло, выражая безусловную покорность.
– Что теперь?
– Второй глаз, конечно, при тебе. Положи его на стол, рядом с первым.
– Зачем?
Она снова ткнула веерным клинком и сжала рукоятку, и мощность достигла первого, едва ощутимого уровня. Адрана знала, что пистолет тихо воет, когда копит энергию для выстрела.
– Делай, что говорят.
Лагганвор поколебался, затем полез в мешочек на поясе. Достал другой глаз и аккуратно положил его, как игрок кладет последнюю фишку.
– Я мог убить тебя в любой момент этого разговора.
– Почему же не убил?
– Во-первых, ты притупила мой самоконтроль успокоительным – я не уверен в точности моих действий, и было бы очень обидно пробить дыру в борту и выпустить дыхаль в космос. Во-вторых, ты можешь выстрелить из веерного клинка, даже если я пущу в ход глаз. И в-третьих… хм… ладно, проехали.
– Нет уж, говори.
– Мой брат был о тебе хорошего мнения. У него хватало недостатков, но он никогда не ошибался в оценке людей. Догадываюсь, что он тебе нравился, и это меня немного утешает. Я счел бы неуважением к его памяти попытку причинить тебе вред.
– Даже если на карту поставлена твоя жизнь?
– Я бы только оттянул неизбежное.
Адрана кивнула на голову горгульи:
– Возьми эту штуку, она очень прочная. Сейчас ты уничтожишь глаз. Мне все равно какой. Если останется только один, тебе будет гораздо труднее обмануть меня.
Он поднял горгулью. Когда голова повернулась в его руке, язык и глаза вывалились наружу.
– Ты так и не объяснила, для чего она нужна.
– Это костяной флюгер.
– А-а…
– Если верить книгам, в голове есть немного мигального вещества. Недостаточно для общения, но хватает, чтобы реагировать на присутствие другого мигального вещества поблизости.
– Я никогда не слышал о таком.
– И я тоже. Это потому, что костяные флюгеры трудно найти и они полезны только при определенных, очень специфических обстоятельствах.
– Например?
– Эффективная дальность очень мала – не более нескольких сотен пядей.
– Пядей, не лиг?
– Пядей. Бесполезно для поиска черепов во всему Собранию, и даже бесполезно в объеме шарльера или в части его системы туннелей. Нужно находиться в том же помещении, что и череп, – а в этом случае у тебя наверняка будет карта сокровищ, которая и так приведет к черепу.
Лагганвор медленно кивнул, следуя за ее мыслями:
– Но если бы пришлось в спешке обыскивать один-единственный корабль, где спрятана комната костей…
– Такая штучка действительно может очень пригодиться. – Лагганвор с грустью осмотрел голову горгульи. – Коли так, жаль, что она сломана. Должно быть, мигальное вещество протухло.
– Думаешь, флюгер неисправен?
– Разумеется. Череп, когда-то принадлежавший этому кораблю, находится за тысячи лиг отсюда.
– Он не сломан, – решительно заявила Адрана. – И никогда не был сломан. Причина, по которой флюгер указывает на наличие черепа, заключается в том, что на этом корабле всегда был другой череп. А теперь разбей один глаз.
– Что бы я ни выбрал, знай: это причинит мне боль.
– Плевать.
– Они оба ценны.
Адрана подняла веерный клинок, крепче сжав его и заставив снова завыть.
Сурт находилась в обзорной рубке, когда поступил сигнал от «Веселой кобылы». Она несла рутинную вахту и не ждала сообщений. Как правило, только сверхточные расчеты Паладина позволяли обнаружить другой корабль, а потом в дело вступали зоркие глаза Сурт в сочетании с лучшими в Собрании телескопами.
Тем не менее, заметив мигающий огонек, она сразу поняла, что это такое, и принялась записывать точки и тире. Сурт совсем недавно взялась за изучение телеграфной азбуки, но ее знаний хватило, чтобы понять: это странное сообщение. На первый взгляд казалось, что оно адресовано какому-то другому кораблю.
