Рашид Радоев был крупный, не по-восточному рослый, и широкоплечий мужчина. В представлении россиян узбеки — это нечто довольно щуплое, обязательно в тюбетейке и на ишаке. Или же — существо на восточном базаре, гортанно выкрикивающее какие-то незамысловатые слова и энергично размахивающее рукавами пестрого халата. Наконец, имеется такое понятие, как фирменный узбекский ресторан, а там все по традиции: златотканые халаты официантов, печь-тандыр, пение дутаров…. В общем, представление, скорее, мифическое, потому что с узбеками русские сталкиваются теперь куда реже, чем, скажем, с азербайджанцами, грузинами или дагестанцами. Так вот, Рашид Радоев был этнический узбек, и в то же самое время он был очень современный, трезвомыслящий и прагматичный человек. В свои неполные сорок лет получил звание подполковника, но не это составляло основную ценность его жизненного статуса. А что? Мало какой подполковник имеет выкупленный а личную собственность дом в центре города, отремонтированный под евро и вообще в высшей степени уютный. К тому же этот дом был у Радоева уже тогда, когда он был майором. Просто майором. Да что уж скромничать? Даже когда он был еще капитаном, половина дома, правда, тогда еще не отремонтированного, принадлежала ему, а вторая половина рано или поздно прилепилась бы к первой, как магнит. В недрах подвалов этого дома у Рашида Радоева стояли три автомобиля. Кроме того, была у него и дача, и толстенький банковский счет в евро и долларах. Конечно, не такой толстенький, как хотелось бы, но большинству узбекских обывателей и это показалось бы завлекательным до чрезвычайности.
Но следует признать, что основное счастье Рашида Радоева, подполковника Самаркандского управления внутренних дед, состояло не в доме, не в гаражах с машинами, не в загородной даче и даже не в банковских счетах. Основное счастье подполковника Радоева состояло как раз в том, что никто не спрашивал, ОТКУДА все это взялось у него, простого «подпола», недавнего майора. У ментовского чина, чья официальная зарплата составляла едва ли сто пятьдесят долларов (в переводе с узбекских сумов). Собственно, в том и состоял гражданский вес Рашида Мансуровича, что все окружающие просто
Заботы у Радоева были еще те. Несмотря на то что его деятельность ограничивалась рамками правоохранительных органов, пестроте его занятий мог позавидовать — и позавидовать недоуменно — любой, кто мало-мальски смыслит в структуре силовых ведомств. На своем веку Радоеву приходилось работать и экспертом-криминалистом в обыкновенном районном управлении внутренних дел, и начальником отдела уголовно розыска, и таможенником. В данный момент Радоев как раз этим официально и занимался. Он был начальником таможенного терминала в Самаркандском аэропорту, а стало быть, земным богом для всех улетающих и прилетающих. По совместительству он курировал нескольких офицеров из погранохраны, застолбивших за собой делянку в аэропорту и окучивающих пассажиров с помощью одного и того же утомительного вопроса: «А где вы регистрировались?»
