Вибрация. Она звучит в коридоре, но я слышу её здесь, поэтому медленно поворачиваю голову, взглянув в сторону порога. На часах уже пять вечера. Ни мать, ни Лили не давали мне ответа на сообщения все это время, поэтому меня заставляет подняться со стула только надежда, что кто-то из них наконец откликнулся. Но перебираю ногами с бессилием. Шаркаю, даже спотыкаясь о порог, хотя хорошо видела его и знала, что он там. Просто мозг не успел послать сигнал поднять ногу чуть выше. Подхожу к кофте, что лежит на комоде, и роюсь в карманах, вынимая телефон. Лили или мать? Нет. Не они. Номер не опознан. Хмурюсь, выдыхая, и отвечаю на звонок, поднося мобильный аппарат к уху, но ничего не говорю. Теперь я со всем осторожна, поэтому жду слов звонящего, чтобы понять, можно ли говорить в ответ.
И человек на той стороне тоже молчит, заставляя меня глотать воду во рту от напряжения, что сжимает глотку своими ледяными пальцами.
— Харпер? — черт. Дейв. Понятно, почему он так же молчит. Он тоже осторожен.
— Да, — подношу пальцы ко лбу, успевая коснуться его и потереть, чтобы отогнать нервную скованность. Прикрываю веки, устало дыша, пока ожидаю ответ парня:
— Всё в порядке? — и как он это делает? Хотя, стоп. Мы же не говорили с ним после случая в больнице.
— Да, — сама уверяю себя, кивая головой. — А ты… — нахожу силы, чтобы шевелить языком. — Ты как?
— Относительно, — относительно, как? Неясно. Он никогда не жалуется.
— Ты не знаешь, где Дилан? — спрашивает, и, знаете, я слышу это. Как бы парень не пытался скрыть, я слышу его изнеможение. Голос совсем другой.
— Нет, он уехал утром, — говорю правду, постоянно оглядываясь по сторонам, ведь мнительное чувство не прекращает тревожить. Словно, кто-то смотрит на меня…
— А ты случайно не знаешь, перед уходом ему звонил кто-то? — Фардж о чем-то подозревает.
— Да, — хмурюсь, резко оборачиваясь, когда слышу, как под давлением сильного ветра на кухне распахиваются не до конца закрытые створки окна. Медленно направляюсь обратно, не забывая слушать парня, который… Пока молчит. И его молчание затягивается. Подхожу к окну, закрывая створки. Не смотрю на улицу, поворачиваясь, чтобы уставить на порог помещения. Темный коридор рождает в груди легкую панику.
Успокойся, Харпер. Это паранойя.
Сердце начинает бешено стучать, увеличивает свой темп.
Черт, возьми себя в руки.
— Думаешь, — мне нужно говорить. — У него проблемы?
— Скорее всего, его вызвали, — Дейв вздыхает. — Черт.
Лучше перевести тему. Мне кажется, что Фарджу сейчас нелегко, поэтому не надо разогревать проблему.
— Тебе что-то нужно было? — медленно направляюсь к порогу кухни, чтобы осмотреть темный коридор.
— Да, вчера старушку выписали. У меня нет нужных продуктов, думал, Дилан может съездить, — мне нравится, что он открыто разговаривает со мной. И в голову приходит идея. Она не гениальная, просто, теперь я понимаю, почему мать не любит оставлять меня одну.
Я начинаю сводить себя с ума. Причем сама.
— Хочешь, я приеду, посижу с ней, а ты сможешь сходить в магазин? — предлагаю свою помощь, замерев, когда краем глаза замечаю тень, скользнувшую по стене.
Оглядываюсь. Ничего.
— Ты правда можешь? — Фардж немного удивлен.
— Да, — признаюсь. — Не хочу сидеть дома одна, а так хоть принесу пользу.
— Окей, — Дейв немного взбодрился, а я уже спешу наверх, не оглядываясь, хотя легкая непонятная паника вжимается мне в спину между лопаток. Кто-то смотрит. Кто-то наблюдает. Забегаю в комнату, не бросаю взгляд на детскую кроватку. К черту.
— Тогда… Во сколько ты можешь приехать?
— Сейчас, — слишком резко отвечаю, начав искать джинсы на полках шкафа.
— Все хорошо?
— Да, — опять жестко. И вновь что-то мелькает в глазах, но не могу уловить движение, поэтому резко поворачиваю голову, вцепившись одной рукой в ткань одежды. Смотрю в сторону коридора. Ничего. Только полумрак.
— Если хочешь, — Фардж говорит в трубку серьезным тоном. — Можешь остаться у меня.
Сглатываю, нервно моргая, и продолжаю собирать вещи:
— Спасибо, — шепчу.
— Я могу пока поговорить с тобой, — я никогда не понимала, как Дейв это делает. Каким-то образом он может ощущать состояние другого человека. Быть может, меня выдает сбитое дыхание? В любом случае, он чувствует меня, как бы дико это не звучало.
— Д-да, — заикаюсь. — Спасибо, — делаю на громкую связь, положив телефон на тумбочку возле кровати. — Как твоя бабушка?
— Прабабушка, — Фардж поправляет. — Ей относительно лучше. Врачи уговаривали остаться в больнице, но… Думаю, у неё уже с головой непорядок. Говорит… — тянет. — Говорит, не хочет умирать в больнице, — и теперь я полностью осознаю, насколько Дейву сейчас нелегко. Ему нужна поддержка. Ему нужен Дилан. А тот заставляет друга только переживать. Я знаю, что не могу заменить О’Брайена, но с удовольствием помогу, чем смогу.
Чтобы хоть кому-то из нас было легче.
