Имендаев: Да, при Григорьеве.
Адвокат Глухов: Милиция в связи с какими обстоятельствами оказалась в этой типографии? Что они хотели сделать?
Имендаев: Они вообще хотели изъять оборудование, закрыть, наложить арест. Много чего говорилось.
Адвокат Глухов: А по поводу чего?
Имендаев: А по поводу того, что там выпускались агитационные материалы кандидата в депутаты Молякова.
Адвокат Глухов: Какие конкретно?
Имендаев: Ой, сейчас я даже, номера у меня где-то сидели, но это не «Сладкая сказка о Федоровых».
Адвокат Глухов: Какие?
Имендаев: До этого были материалы. Ну, они касались ситуации в городе, в республике. Название мне сейчас трудно вспомнить.
Моляков: Какие-либо прямые указания вам, Мешалкину, потому что вы там правовые вопросы отслеживали, какие-либо прямые указания на то, чтобы вы создали статью «Сладкая сказка о Федоровых» от меня были? И второе, какие-либо прямые указания на то, чтобы вы немедленно пустили все это дело в оборот и стали распространять, с моей стороны были, лично от меня поступали к вам или нет?
Имендаев: Нет. Я говорю: это был проект Мешалкина и без ведома кандидата.
Адвокат Глухов: Вот такой вопрос. А Моляков во время всех этих событий находился в городе или где?
Имендаев: Вообще, постольку, поскольку мы за город не волновались, за итог, поэтому Моляков постоянно находился в сельских районах, там Козловка, Марпосад, я их плохо знаю, эти районы. И работал там, потому что там очень напряженная ситуация была, там постоянно вплоть до баннеров вывешивал Аксаков, и мы все время бились, чтобы их сняли. А вот когда уже штурм типографии был, вот тогда Молякова срочно вызвали и вместе с депутатами отстаивали оборудование, в основном он тогда был.
Адвокат Глухов: Не припомните, какого числа это было?
Имендаев: Нет, этого я не помню.
Адвокат Глухов: У меня нет вопросов.
Гособвинитель Юркин: Альберт Васильевич! Я правильно вас понял, вы были доверенным лицом Молякова?
Имендаев: Ну, наверное, так.
Гособвинитель Юркин: Официальным были доверенным лицом?
Имендаев: Да, я помощник депутата Молякова был.
Гособвинитель Юркин: Занимались полностью изготовлением?
Имендаев: Агитационным сектором.
Гособвинитель Юркин: А подготовкой статей кто занимался?
Имендаев: Я, Мешалкин, в основном Мешалкин.
Гособвинитель Юркин: И все. В основном Мешалкин.
Имендаев: Да.
Гособвинитель Юркин: А вот в этих агитационных листах кто в основном писал? Кто автор?
Имендаев: Ну, я же говорил. В основном Мешалкин и частично я.
Гособвинитель Юркин: Частично. Что вы писали?
Имендаев: «Сладкую сказку о Федоровых» написал я.
Гособвинитель Юркин: Полностью?
Имендаев: Полностью.
Гособвинитель Юркин: Вы ее показывали?
Имендаев: Кому?
Гособвинитель Юркин: Кандидату?
Имендаев: Нет.
Гособвинитель Юркин: Вообще что ли?
Имендаев: Нет. Мы построили избирательную кампанию так, что отделили кандидата от агитационной деятельности… Ну, это даже было постановление ЦК КПРФ. Потому что мы знали, с кем мы имеем дело. И у нас уже был опыт первого судебного процесса, поэтому мы его от этого дела полностью загерметизировали.
Гособвинитель Юркин: А почему вы тогда не выпустили информационный листок от имени, допустим, Имендаева?
Имендаев: А какая была необходимость в этом? Я же не избирался.
Гособвинитель Юркин: Но вы же говорите, что Моляков не в курсе этого.
Имендаев: Нет. Они все изготавливались не то чтобы анонимно, но безымянно. Вот и все.
Гособвинитель Юркин: А для чего тогда нужно было регистрировать?
Имендаев: Извините! Что значит, для чего? Чтобы законность соблюсти.
Гособвинитель Юркин: Чтобы законность. Т. е. если бы вы выпустили от своего имени, тогда что было бы?
Имендаев: Мне трудно сказать, что было бы. Скорее всего, со мной никто бы не стал эту тему обсуждать.
Гособвинитель Юркин: Т. е. необходимо по закону материал регистрировать?
Имендаев: Регистрировать.
Гособвинитель Юркин: Т. е. от имени кандидата? Да?
Имендаев: Нет, не от имени кандидата, а от имени штаба.
Гособвинитель Юркин: Под логотипом Молякова? Да?
Имендаев: Нет.
Гособвинитель Юркин: А как?
Имендаев: Ну, это уже, знаете, формальности необходимые. Каждая листовка имеет свой дизайн, свои реквизиты, обязательные.
Гособвинитель Юркин: Нет, я поэтому вас спрашиваю, почему из-за вашей статьи вы не могли зарегистрироваться за своей подписью?
Имендаев: Ну, мне сейчас трудно ответить на ваш вопрос, почему так, а почему не так.
Гособвинитель Юркин: Вы вот сейчас сказали, что закон не позволяет.
Имендаев: Ну, этого я не говорил. Здесь ведь агитация идет от той организации, которая выдвинула его кандидатом. Моляков выдвигался от КПРФ.
Гособвинитель Юркин: Поэтому вы листовку и зарегистрировали?
Имендаев: Ну, скажем так, оформили.
Гособвинитель Юркин: Потому что так закон требовал. Правильно?
Имендаев: Для успешного прохождения через ТИК все это делалось таким образом.
Гособвинитель Юркин: От своего имени зарегистрировать вы не могли?
Имендаев: Скорее всего, нет.
Гособвинитель Юркин: Т. е. вы не знакомились с текстом?
Имендаев: Я?
Гособвинитель Юркин: Да.
