Молить о Шрамах (ЛП) полностью

— Маверик, — говорю я, игнорируя его. — Он мой…

Ангел.

Я пытаюсь сглотнуть, но в горле слишком сухо. Я подношу руки ко рту, чувствую, как мои штаны ударяются о ладони. Я стараюсь не думать о том, что мы сделали. О… нем внутри меня. О том ремне…

Мой ангел с бледно-голубыми глазами.

Позаботься об этом. Мэддокс. Его отец.

Джеремайя смеется, и это пугает меня. Мы останавливаемся перед складом. Он ставит внедорожник на стоянку, поворачивается и смотрит на меня, наклонив голову.

— Теперь все понятно? — спрашивает он меня, его тон суров.

Я качаю головой.

— Нет, — честно отвечаю я, отнимая руки ото рта. Я расстегиваю ремень безопасности и прижимаюсь к пассажирской двери. — Расскажи мне все, — шиплю я. — Расскажи мне все сейчас, Джеремайя.

Он улыбается. У меня от нее мурашки по коже.

— Риа была умнее всех нас, — размышляет он, почти про себя. — Или, может быть, ей просто повезло, что она заполучила эти документы, — он сжимает в руке рычаг переключения передач, другой все еще сжимает руль, его взгляд устремлен на склад. — 6 не может иметь внебрачных детей от своих грязных шлюх, — он ухмыляется и смотрит на меня. — Ты всего лишь сводная сестра Маверика, не будь так отвратительна сама себе, сестренка, — его больная улыбка расширяется, а затем он продолжает говорить. — Лазарь Маликов организовал грандиозную схему, чтобы расправиться с нами и при этом заработать себе побольше денег.

Он горько смеется, качая головой. Я вижу, как побледнели костяшки его пальцев на рычаге переключения передач.

— Так что его любовница родила меня, пока мама Люцифера была еще жива. Лазар отправил меня в Калифорнию. А потом, несколько лет спустя, когда Мэддокс не смог удержать свой член в штанах с другой женщиной, Лазар послал тебя за мной.

Мои ногти снова впиваются в ладони, мышцы напряжены, ноги готовы бежать. Вырвать эту дверь, выскочить отсюда и бежать в лес. Умереть, жить, мне все равно.

— Но Форги, у них не было сына, а наследниками в 6-ке могут быть только мужчины, — Джеремайя фыркает, но я не уверена, означает ли это, что он не согласен с их правилом, или он просто понимает, как чертовски глупо это звучит, когда он произносит это вслух. — Они забрали меня, а Лазар посадил тебя в тот же самолет, потому что у него были планы на тебя.

Он поворачивается и смотрит на меня.

— Ты знаешь, что это были за планы, Сид, — шепчет он, его глаза сузились. — Я знаю, что ты пыталась забыть. Но у тебя на руках кровь, как и у всех нас.

Преподобный Уилсон.

И еще столько всего, что я не смогла убить.

Я качаю головой, прикусываю губу, чтобы она не дрожала.

Он улыбается, в улыбке нет тепла.

— О да, Сид Рейн, ты такая же плохая, как и я, не так ли? — он наклоняется ближе, через центральную консоль. Я еще плотнее прижимаюсь к двери. — Ты убила первого попавшегося под руку, не так ли?

Мой рот открывается, но ничего не выходит.

Он откидывается на спинку кресла, и мне становится немного легче дышать. Но только немного.

— Я не знал, во время нашей злополучной встречи в том дерьмовом отеле, после того как я ударил Майкла кирпичом по голове.

Моя кровь холодеет.

— Но теперь я все понял, с помощью Бруклин. С тем, что меня бросили на растерзание волкам. С небольшой ободряющей речью Лазара.

Он слышит мой резкий вдох, поворачивается ко мне и долго смотрит на меня, прежде чем снова заговорить.

— Он обошел тебя на некоторое время, не так ли, Сид? — он хмурится, наклоняет голову, не сводя глаз с моих. — Тебя поимели, сестренка. Но ты сопротивлялась, — его хмурый взгляд превращается в маниакальную улыбку. — Ты сопротивлялась, и это было не очень хорошо для Лазаря Маликова и 6. Приемные родители, которые заплатили за молодую девушку, не ожидали, что под этими красивыми серыми глазами скрывается монстр. Они не ожидали, что умрут во сне после того, как примут тебя, не так ли, сестренка?

Нет. Нет. Нет.

Я закрываю глаза. Это не реально. Это не моя жизнь.

— Ты сопротивлялась, используя ножи, огонь и все, что попадалось тебе под руку. А потом ты проскользнула сквозь пальцы Лазара в приличный дом, а потом ушла. Исчезла. Стала гребаной шлюхой, ускользая от его внимания, потому что он не любит подержанные вещи. Он любит маленьких девочек. Но, наконец, он нашел тебя. И он послал за тобой своего второго сына, чтобы тот навел порядок. А в такую ночь, как Ночь Несвятых, что ж, — смеется он, — девушкам легко исчезнуть.

Моя грудь напрягается.

Рука брата ласкает мое лицо, и я вздрагиваю.