– Таких фруктовых корзиночек ты никогда не пробовала! Лаура потрясающая. Она очень давно с нами, настоящий член семьи.
Когда экономка принесла кофе и пирожные, Кэрри принялась за рассказ, который Нора ждала с огромным нетерпением.
Я помню, этот день был пасмурным и серым, прямо как в Лондоне, я тряслась как клиновой лист под порывами ветра. Но я нашла в себе силы, чтобы выйти из дома, взять Гарри под руку и направиться в университет. Он даже обещал ходить на занятия первое время, чтобы поддерживать меня. Я до сих пор чувствую запах свежей белой краски, которой красили фасад величественного здания, в котором учились гениальные умы прошлого. Меня принял декан литературного факультета, серьезный мужчина с умными глазами, одетый в клетчатый костюм. Мы сидели в приемной, словно ожидая смертного приговора.
– Может, уйдем отсюда? – вдруг сказала я.
– На тебя это не похоже. Мне казалось, ты смелая.
– Не настолько.
– А чего тебе бояться?
Действительно, чего? Поводов для страха не было, но все равно я переживала. Переживала, что меня не примут всерьез или сочтут за дуру, потому что я женщина. Это был дерзкий поступок, и многие осудили бы его. Но я чувствовала, что поступаю правильно, хоть и боялась быть отвергнутой.
– Мисс Уайт, – сухо позвала меня секретарь.
Я взглянула на Гарри, его улыбка подбодрила меня, и двинулась в сторону кабинета.
– Добрый день, – на удивление мой голос был уверенным и твердым.
– Добрый. Присаживайтесь, мисс.
Стол декана Филипса был завален бумагами вперемежку с книгами, он что-то заполнял, и когда закончил, снял очки и, изучив меня, приступил к допросу.
– Что ж, секретарь дала вам форму для заполнения, мисс?
– Да, вот она, – я протянула бумагу декану.
– Так-так… – Он надел очки и принялся изучать заполненный мной документ. – Вы получили домашнее образование, не так ли?
– Да, верно. У меня была гувернантка до пятнадцати лет, а после моим образованием занимался отец.
– Что ж, и почему вы хотите получить высшее образование? Вы же понимаете, что вы не сможете работать по профессии?
– Я смогу быть учительницей.
– Это верно. – по его морщинистому лицу скользнула улыбка. – Сможете. Если осилите нашу программу, – с вызовом сказал он.
– Смогу, – я приняла вызов без колебаний.
– Тогда вам нужно сдать экзамен. Вы немного опоздали, семестр уже начался, придется нагонять материал.
– Я уверена, что справлюсь.
– В таком случае, дам вам список вопросов и рекомендации по подготовке. Трех дней вам хватит?
– Да, сэр.
– Чудно. Посмотрим на ваш результат и сделаем выводы. Экзамен состоит из двух частей: письменной и устной. Вам нужно будет написать сочинение и рассказать два вопроса устно. Справитесь?
– Я думаю, да, сэр.
– Что ж, тогда удачи в подготовке.
Он пожал мне руку, и я вышла в приемную, где меня ждал Гарри. Казалось, что я пробыла в кабинете декана больше часа, на деле и десяти минут не прошло.
– Ну что? – донимал меня Гарри, когда мы вышли из приемной.
– Он дал мне вопросы к экзамену.
– Дал? Отлично! Когда экзамен?
– Через три дня.
– Дай взгляну на вопросы, – он выхватил у меня листы. – Хм, когда я поступал, их было меньше. Ты справишься?
– Разумеется, – оскорбительно ответила я. – Ты сомневаешься? – Я забрала свои бумаги обратно и сложила в папку.
– Ни капельки! Уверен, ты уже и так знаешь ответы на многие вопросы. Просто сосредоточься, и все. А как у тебя с сочинениями?
– Я пишу рассказы с детства. Думаю, проблематику «Дон Кихота» изложить смогу.
– Тогда отлично! Я приду поддержать тебя.
– Спасибо, Гарри! – Я пожала его руку. – Спасибо за то, что поверил меня и подтолкнул на этот шаг. Я бы, наверное, струсила.
Он снова улыбнулся своей теплой улыбкой.
– Мне пора на занятия. Я же обещал, – он особенно выделил последнее предложение.
– Это принесет тебе больше пользы, чем ты думаешь. Вот увидишь.
– Ты доберешься до дома сама?
Я посмотрела на него с укоризной.
– Я почти студент университета! Я теперь все могу!
И я выпорхнула из здания, наполненная невероятным чувством легкости и гордости за себя. Конечно, все самое сложное было впереди, скажешь ты, но нет – для меня всегда было труднее всего начать. Когда ты делаешь что-то, что кажется тебе правильным – нет момента более счастливого. Вот тогда я окончательно поняла, что мое предназначение в жизни гораздо интереснее, чем его пророчили. В общем, я была заведена, и мне хотелось довести дело до конца. Родителям я решила ничего не говорить, пока не станет ясно, что меня приняли. Я была уверена, что меня примут. Как только я вернулась домой, меня настигла моя ненаглядная бездельница-сестрица.
– Где это ты была так рано? – Было ощущение, что она только проснулась: распущенные волосы разлетались по плечам, постель не заправлена.
– У меня были дела в городе.
– Какие? – Ее любопытство сложно было приструнить.
– Какая тебе разница? – спокойно спросила я, усевшись за туалетный столик.
– Интересно. Куда бы ты ни ходила, это жестоко – не брать меня с собой. Ты же знаешь, как мне скучно, – ее укор звучал смешнее некуда, поэтому я не смогла сдержать смеха.
– Тебе бы там не понравилось, поверь.
– Не надо решать за меня!
