Хвост с противным свистом опустился на плечо мумии. Диме показалось, что она охнула. Мальчик нанес еще удар. И снова. Он выплескивал всю накопившуюся злобу.
Хвост хлыстом опускался на хрипящего противника. Дима бил, не глядя, в какой-то момент он попал кончиком хвоста себе по губе. Боль только раззадорила его.
— Митя!
Мальчик замер. Перед ним лежал отец. Из носа Николая струйками текла кровь, на его лице и шее остались красные полосы от ударов. Хвост Димы обернулся вокруг шеи мужчины.
— Сожмешь его? — Анатолий положил ладонь на Димино плечо.
— Но я не…
— Ты помнишь свое пожелание относительно отца?
Николай, тяжело дыша, смотрел на сына. И не сопротивлялся.
— Чтоб он сдох?
— Ну да. — Ладонь Анатолия прошлась по Диминой шее, грубо лаская. — Он тебя предал. Любит другого сына больше тебя…
На какой-то миг Диме до одури захотелось затянуть хвост-удавку.
«Ненавижу тебя! Урод долбаный! Предатель! Чтоб ты…»
Но тут же мальчик одернул себя. Дело было даже не в жалости к отцу, хотя, справедливости ради, его измученный вид и тронул Диму.
«Просто есть решение получше. Я его прощаю».
Дима не произнес ни слова, он только почувствовал, что его сердце стало легким-легким. Отец исчез. Дима обернулся к Анатолию. Тот улыбался:
— Плохой Дима стал хорошим?
Дима смущенно кивнул.
— Ты больше не чертенок, видишь?
Мальчик огляделся: хвост исчез. Провел ладонью по волосам: рожек не оказалось.
— А хочешь увидеть храм восточного бога? — спросил Анатолий.
— Хочу.
— Идем, тут близко.
Вадим бежал за Анатолием, но все равно не мог его догнать.
«Как будто во сне. В кошмаре».
Над головой молодого человека блестели зарницы. Вадиму казалось, что деревья и кусты перешептываются между собой. А еще, что из глаз Анатолия исходит слабое свечение.
«Привидится же!»
— Анатолий! — крикнул Вадим. — Спасибо, что спасли Диму!
— Спас? — Анатолий обернулся и остановился.
— Ну, от этих психов. — Вадим тоже остановился, тяжело дыша. — Они ж хотели принести его в жертву. Совсем долбанулись! Я, главное, верил этому уроду — Александру Евгеньевичу!
— Шуре, — кивнул Анатолий. — Он всегда был эксцентричен. Помню, его в тысяча девятьсот шестьдесят пятом…
«Он не выглядит на шестьдесят…»
Зарница осветила лицо Анатолия. Симпатичный мужчина средних лет.
— Вы помните Александра Евгеньевича молодым?
— Я помню молодым еще Аменхотепа Четвертого, — несколько самодовольно ответил Анатолий. — Ну, который больше известен как Эхнатон.
Вадим растерялся. Анатолий никак не был похож на сумасшедшего. Но ведь и Александр Евгеньевич с Петром не были похожи. По крайней мере, еще несколько часов назад.
«Что делать? Сюда едет полиция, „скорая“. Да, Ксюха точно вызвала. Так что? Бежать спасать Диму? Но я не знаю, где он. Тянуть время или что?»
— Пойдемте за Димой, — попросил Вадим.
— Пойдемте. — Анатолий ускорил шаг. — Вадим, а вы хотите знать правду?
— Что вы — великий восточный бог? — Молодой человек продирался через кусты вслед за мужчиной. — И те психи вам служили? Новый цикл, все дела?
«Что я несу?! Главное ведь — не разозлить его. А если он уже убил Диму?! Стоп! Без паники. Может, все еще хорошо? Ну, относительно…»
— Товарищ Тимофеев, — мягко усмехнулся Анатолий. — Нет никакого цикла. И нет никакого восточного бога. Как же вы еще не поняли?
— Не понял, — честно ответил Вадим.
«Пусть он скажет, что просто шутит. Просто похожий на друга Шуры, этого маньяка, человек. Пусть даже сын этого маньяка. Который уводит мальчиков в лес?!»
Вадим устало потер переносицу. Анатолий снова остановился.
— Отдохнем немного. — Мужчина указал Вадиму на поваленное дерево.
— А Дима?
«Может, мне побить его? Чтоб рассказал».
Вадим сел, сжимая рукоятку ножа похолодевшими пальцами. Раскаты грома приближались к чаще.
— Успеем. — Мужчина устроился поодаль от молодого человека. Вадим обратил внимание на его не слишком подходящие для леса безупречно начищенные черные ботинки. — Видите ли, Вадим, когда-то очень давно мне стало страшно умирать. Этот страх банален, но я ничего не мог с собой поделать. Я тщательно изучил вопрос продления своей жизни: читал многие тексты, спрашивал знающих людей. И, наконец, нашел подходящий способ…
— Этот способ — убивать детей?
— Питаться молодыми жизнями, — поправил Анатолий. — Количество не имеет значения. Чем больше, тем лучше…
«Сколько же ему лет?»
— Несколько тысяч, — как будто угадав мысли молодого человека, охотно ответил мужчина. — Я путешествую по миру очень давно: видел много великих цивилизаций. Но эту землю я люблю больше всего. С ней связаны яркие переживания…
— Когда вас расстреляли?
— И это тоже, — улыбнулся Анатолий. — Но несколько тысяч лет назад, когда я только еще стал тем, кем являюсь сейчас…
— Чудовищем, — подсказал Вадим.
