— Зачем это ты? — спросили его, и он ответил:
— Тот, кто спустится в колодец за уздечкой, вытащит и мою чалму.
Насреддин произносил проповедь, и кто-то задал ему каверзный вопрос.
— Не знаю, — ответил Насреддин.
— Зачем же в таком случае ты забрался на минбар? — не унимался слушатель, и Насреддин отрезал:
— Мои знания возвысили меня до минбара. Если бы я захотел взобраться на высоту своего невежества, то пришлось бы строить минбар до самого неба.
В одном дальнем городе Насреддин увидел человека в роскошных одеяниях. За ним шли другие люди, и все они хохотали.
— Что это за человек? — спросил Насреддин.
— Это шут, — ответили ему. — Он прославился тем, что громко пускает ветры; тем нажил себе целое состояние.
— Этот мир и его блага, — сказал Насреддин, — стоят того средства, которым добился их этот шут.
Насреддин зашел летней порой в мечеть, совершил полуденный намаз и улегся в сторонке, подложив под голову башмаки. Какой-то вор, не теряя времени, стащил башмаки Насреддина. Насреддин проснулся, не нашел своих башмаков и решил, что теперь он сам проведет вора. Он снял одежду, положил в изголовье и притворился спящим, чтобы поймать вора на месте преступления и заодно отобрать и башмаки. Но случилось так, что едва он коснулся головой циновки, как заснул. А вор опять не оплошал и стащил его одежду. Так Насреддин и остался ни с чем.
Один человек называл себя звездочетом.
— А кто твой сосед? — спросил его Насреддин.
— Не знаю, — отвечал звездочет.
— Если ты не знаешь своих соседей, то что можешь знать о звездах? — пристыдил его Насреддин.
В одной проповеди Насреддин сказал:
— Отдавайте свое добро на хранение тому, кто может вернуть вам его.
— А кто не может вернуть? — спросили его, и Насреддин ответил:
— Банкрот.
На одной пирушке Насреддин взял кисть винограда и положил целиком в рот.
— Молла, — говорят ему, — виноград едят по ягодке.
— То, что едят по ягодке, — отвечал он, — называется баклажаны.
В одной проповеди Насреддин говорил:
— Человеку даны два уха и один рот, для того чтобы в ответ на услышанные два слова он произносил одно.
Насреддину сказали:
— Если на тебя нападет злая собака, то прочти из Корана аят из суры[54] «Пещера»[55], и собака мигом убежит,
— Но ведь не все собаки понимают Коран, — отвечал Насреддин, — поэтому я предпочитаю толстую палку.
Насреддин оказался без гроша, пришел к правителю и без предисловий сказал:
— Вы — злостный бездельник.
— Чем ты это докажешь? — закричал в гневе правитель.
— Стоит только вам промолвить одно словечко, — сказал Насреддин, — как мне дадут тысячу динаров. Таким образом я избавлюсь от нищеты, а вы — от безделья.
Правитель рассмеялся и приказал:
— Заплатите ему тысячу динаров, не то мне не спастись от его злого языка.
Насреддин отправился по делам в соседний город и задержался там. Он написал родным письмо, но, сколько ни искал, так и не нашел человека, с которым его отправить. Тогда он сам отправился с письмом в родной город, пришел к себе домой, постучал в дверь. Выбежали дети, обрадовались возвращению отца, но он только сказал:
— Я пришел не за тем, чтобы остаться здесь, мои дела еще не кончились. Я просто принес письмо.
Он отдал письмо и, не проронив больше ни слова, вернулся назад. Сколько его ни упрашивали остаться хотя бы передохнуть, он и слушать не стал.
Насреддину досталась некрасивая жена. Однажды вечером ой долго смотрел ей в лицо.
— С чего это вдруг ты стал меня разглядывать? — спрашивает она.
— Сегодня я долго глядел на одну красивую женщину, — ответил Насреддин, — и как ни пытался оторвать от нее взгляд, не мог. Вот я и решил искупить свой грех и смотреть на тебя столько, сколько смотрел на нее.
Однажды Насреддин собрал крестьян и говорит им:
— В этом году посейте чесаную вату, чтобы после сбора урожая не пришлось хлопок чесать. Еще посейте немного шерсти, чтобы сшить себе теплые халаты после сбора урожая.
Когда Насреддин был кадием, несколько кредиторов привели к нему должника и заявили:
— Этот человек не хочет возвращать наши долги.
Должник же соглашался удовлетворить иск и говорил:
— Я упрашиваю их повременить, покуда не продам дом, сад, коров и овец, но они и слушать не хотят.
— Врет он, — заявили в один голос кредиторы. — Он нас просто водит за нос, у него нет ничего за душой, нечего продавать.
— Раз вы сами признаете, что он — банкрот, — ответил Насреддин, — чего ради вы его мучаете? Ведь банкрот находится под защитой бога, и никто не может требовать с него долги.
Насреддин купил раба, но при покупке его предупредили:
— У него есть один недостаток: он мочится по ночам в постель.
— Если он найдет у меня в доме постель, — ответил Насреддин, — то его добрая воля делать все, что ему заблагорассудится.
