О, дневник, можешь ты себе представить? Дик начал гладить мои ступни. Он сжимал мои подошвы, потягивал за каждый палец; его руки бегали вверх-вниз по моим ногам, как пара змей по дереву, а потом он притянул меня к себе. Мы оба смеялись, не знаю почему, и по моим ногам бегали странные искорки, и это продолжалось до тех пор, пока мне не показалось, что я сейчас взорвусь, как хлопушка.
– Почему бы тебе не снять галстук, профессор, – сказала я. – В конце концов, сегодня суббота. – Я подняла ногу и пощекотала его пальцами по подбородку. Дик такой чванливый! Я думаю, что он расчесывает волосы даже под мышками. Во всяком случае, он был без пиджака, а рукава рубашки закатал, так что мог демонстрировать их.
Я все щекотала и щекотала его под подбородком пальцами ноги, пока он не сгреб мою ступню и не положил ее себе на колени. Потом он НАКОНЕЦ развязал галстук.
Я такая безнравственная! Мама меня просто задушит. Я так и лежала на диване, покусывая персик, медленно слизывая с пальцев сок и притворяясь, что не замечаю Дика, а сама прекрасно видела, что он наблюдает за мной уголком глаза – пока я не прикончила свой персик. Тогда я бросила в него косточку, и на этот раз он поймал ее, увалень эдакий.
– Ну, профессор, – сказала я. – Что мы сегодня будем делать?
Дик все гладил мои ступни, вдавливая их себе в колени. Он тяжело дышал.
– Ты веришь в судьбу? – спросила я. – Пары, которые подходят друг другу по гороскопу, и так далее? – я скрестила руки над головой.
Бедный Дик! Он выглядел очень встревоженным. – Не знаю, о чем ты говоришь, дорогая. – Он переспит гладить мои ноги.
– Правда? Ну, тогда я лучше покажу тебе, – я хихикнула и раздвинула его колени. Потом я сплела руки у него на затылке – о, волосы у него густые и мягкие, как бархат! – и ПОЦЕЛОВАЛА ЕГО В ГУБЫ. Все это произошло так быстро. У меня не было времени засовывать ему в рот язык и так далее.
– Мэри Алиса, веди себя прилично, – сказал он, снимая мои руки со своей шеи и заводя их мне за спину. Но ругать меня не стал.
– Эй, профессор, – я направилась к фонографу. – Может, потанцуем? Как насчет вальса или танго, а может быть, ты любишь джиттербаг? – и я начала двигаться под музыку, но тут зазвонил телефон.
Это был его издатель, что-то насчет поездки. Я выключила музыку.
– Ты не возражаешь? – Дик смотрел па меня. – Это по делу.
– Ну конечно. Конечно, я просто буду ходить тут, рядом, буду хорошей девочкой. Меня будет не слышно и не видно – и так далее. Ты все испортил, – вот так закончилось это чудесное утро. Закончилось все удовольствие.
