Первое предложение поступило Громовым аж восемь лет назад, и с каждым годом нули в этом предложении только увеличивались. Но Алексей Иванович Громов каждый раз отвергал столь щедрую сумму, аргументируя отказ тем, что статуя дорога роду как память предков.
И теперь, глядя на сверкающую молниями шкуру Вольта, я начал понимать, что эта самая память предков оказалась очень даже важна для рода. А не могло ли случиться так, что родителей Юрия, да и его самого убили именно из-за пса?
Кстати, а где он? Я покрутил головой, но Вольта не увидел.
— Саша, куда он делся? — спросил я у блондина, позабыв про манеры и вежливость. — Вольт⁈ Ты где?
— Только что был здесь, — нахмурился Александр, выглядывая по сторонам моего питомца. — Кажется, в той стороне видел его в последний раз.
Я посмотрел на заросли боярышника, на которые указал Новиков. По ушам ударил громкий собачий визг. Звук был такой, будто кто-то заживо сдирает с пса шкуру. Не раздумывая ни секунды, я рванул к кустам. Только бы успеть!
Когда я увидел неподвижно лежащего на земле Вольта, у меня на секунду дрогнуло сердце. Вроде бы мы с ним вместе всего ничего, но я успел привязаться к этому хитрому псу настолько, что вокруг меня уже били молнии. Что самое интересное, людей я рядом не видел.
Точно! Вольт же говорил про артефакты! Значит, эти гады маскируются? А молнией по кумполу они не хотят⁈
В этот момент во мне что-то пробудилось. Что-то древнее и мощное. Из моих рук вырвался сноп искр, а затем всё пространство вокруг меня затопило белоснежное пламя. Молнии сверкали, сыпали искрами, трещали от напряжения, но я не останавливался.
Вольт вдруг резко дёрнулся, вскочил на лапы и рванул ко мне, высунув язык.
Он сменил направление и побежал влево, разминувшись со мной буквально на пару метров. Я не стал расспрашивать, как пёс так быстро пришёл в себя и почему он визжал — не до того было. К тому же, как раз Александр подоспел, собираясь помочь мне найти тех, кто «сделал больно собачке».
Вольт же с прытью, которая никак не соотносилась с его визгом и неподвижностью всего пару минут назад, скрылся в кустах боярышника, росших вдоль невысокой изгороди. Я уже нагнал его и выпустил несколько молний за пару метров до пса. В кого-то я всё же попал. Сдавленный мужской крик показал мне направление бегущих, хотя благодаря Вольту я и так его уже знал.
Александр решил не оставаться в стороне и взмахнул руками, заморозив траву вокруг себя. Недовольный таким результатом, мой приятель снова и снова пытался сделать что-то странное. После его манипуляций пошёл снег, который очень удачно облепил раненого шпиона и обрисовал ещё одного, бегущего от нас в другую сторону. Догонять его я не стал — Александр уже ломанулся за ним, а мы с Вольтом остались на месте.
Я решил допросить лазутчика, но в груди вдруг начало разгораться пламя, словно там раскалённый камень вместо сердца. Та сила, что уже пробудилась во мне, снова взяла верх. Я не контролировал себя, лишь наблюдал, как мои руки взмывают вверх и обрушивают на голову врага фонтан молний. Электрическая дуга толщиной с канат протянулась от меня к мужчине, громкий раскат грома, похожий на выстрел, прорезал воздух.
Молнии били в землю, врезались в деревья и кусты, подпаливая те за секунду, а я никак не мог остановить всё это безобразие. Это и есть те самые воспоминания о мощных заклинаниях, которые мне обещало существо, призвавшее меня в этот мир? Если так, то мне уже не очень нравится этот конкретный пункт договора. Как-то я рассчитывал на знания, а не на то, что моё тело перестанет меня слушаться.
Когда молнии прекратили буянить, а электрическая дуга впиталась обратно в меня, я даже осел на землю от слабости. Кажется, я истощил магический запас, или ману. Не знаю, как в этом мире такие штуки называются, но ощущения мне очень не понравились. Придётся разбираться ещё и с этими внезапными порывами, которые, честно сказать, только мешают.
Кого мне теперь допрашивать? Надеюсь, хотя бы Александр не добил второго шпиона. Бросив взгляд на обуглившееся тело, я вздохнул и поспешил в ту сторону, куда убежал мой приятель. Вольт держался рядом, не забегая вперёд и не делая попыток обогнать.
