Я обернулся к Крылову и потряс цепями. Хотелось ещё завыть, как Кентервильское привидение, но я сдержался. Крылов покосился на Пожарского и принялся освобождать меня от оков. Ну вот, уже неплохо.
— А вы… — хотел было я спросить у Крылова про совместную поездку, но тот не дал мне договорить.
— Мы ещё встретимся с вами, князь, — сказал он уверенно. — В самом скором времени.
— Ага, — закивал я, сжимая челюсти.
Нет, они всё же напросятся. В конце концов, матерный язык — универсальный, интернациональный и вообще… что теперь, если я аристократ, то и выругаться нельзя?
К счастью, дверь в кабинет коменданта открылась как раз в тот момент, когда я подбирал нужные слова. В проёме появился Кузьма Минин, глянул на нас троих, подкрутил пышные усы и усмехнулся.
— Княжна Пожарская требует аудиенции с комендантом, — объявил он.
— Веди, — кивнул Пожарский, снова вздохнув. — Благодарю за сотрудничество, князь Громов. Назар Крылов сопроводит вас до казармы и до броневика.
Ну надо же, какая честь! Сам наместник Московский будет моим соглядатаем, пока я не уберусь с базы. Ладно, пёс с ними со всеми. Главное, что моя служба на Рубеже наконец-то закончилась и что инквизиции от меня больше ничего не надо. По крайней мере, теперь Данила Трошин может валить куда подальше со своими притязаниями.
Я забрал свой рюкзак и тепло попрощался с рубежниками, которые пообещали перевести мою долю за добычу в течение пары дней. Затем мне пришлось выслушивать восторги Новикова и Бабарыкина по поводу закрытия Каньона. И уже после всей этой прощальной кутерьмы я смог добраться до Андрея Левина.
Командир Громобоев оставался с отрядом для зачистки местности, поэтому времени у него было не много. И всё же он уделил мне несколько минут и заверил в своём добром отношении ко мне. Громобои присоединились к командиру и от души похлопали меня по спине и плечам.
Удерживать бесстрастное выражение на лице было почти невыносимо — какой бы целебной ни была мазь, она не успела залечить все мои раны. Локоть до сих пор ныл, периодически отдавая болью во всю руку, предплечье и ладонь вообще то немели, то взрывались болью. Но всё это не имело значения. Я возвращаюсь домой!
Поездка на броневике мне не особо запомнилась. Княжна Пожарская пыхтела и надувала губы, Бабарыкин намекал на принятие в род, а Новиков настолько расслабился, что сыпал шутками и чуть ли не обнимался с вояками из сопровождения.
Мы с Вольтом сделали вид, что уснули почти сразу после того, как отъехали от базы. Точно так же мы провели полёт, правда там я действительно задремал. Усталость сказывалась, да и несколько бессонных ночей не прошли бесследно.
Эх, надо было выкупить у Крылова капельку того зелья, чтобы не мучиться от боли и не чесать подживающую кожу на боку. Стоило мне об этом подумать, как между рядами прошёл военный с мензуркой в руках. Он цепко осматривал каждого пассажира, прежде чем принять решение о расходовании столь ценного ресурса.
Когда я получил свою заслуженную порцию лечебного зелья, жизнь заиграла яркими красками. Вот умеют же, гады балахонистые, такую штуку полезную варить.
— Мы должны отметить наше возвращение! — заявил Александр, едва мы приземлились. — Давайте вечером соберёмся в «Легенде»?
— Ну, можно, — протянула Ксения, глянув на меня. — А вы пойдёте, князь?
— Мы же вроде бы уже оставили официоз в стороне, Ксюша, — я растянул губы в улыбке. — И мой ответ — да, я составлю компанию Александру.
— Я не уверен, что… — начал было Михаил, но потом запнулся. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями, после чего он посмотрел на нас твёрдым уверенным взглядом. — У меня нет денег на самый дорогой ресторан столицы и мне даже негде ночевать. Я уж молчу про парадный костюм.
— Всё настолько плохо? — спросил я, обратив внимание на самый дешёвый защитный комплект из каталога. Почти такой же, как у меня, только ещё дешевле.
— Меня отправили на Рубеж, чтобы я не мешался под ногами, — он сделал глубокий вдох и горько усмехнулся. — Мои родственники надеялись, что я сгину в Каньоне и избавлю их от своего присутствия.
— Вот что! — я положил руку на плечо парня. — Поехали ко мне, приведёшь себя в порядок, отдохнёшь с дороги и вообще. У меня одеждой забита целая комната, причём половину этих вещей я даже в глаза не видел и вряд ли увижу.
— Я не могу, — покачал головой Бабарыкин.
— Это не подачка, Миша, — ровно сказал я. — Просто помощь другу и соратнику. Заработаешь денег, и всё вернёшь. Считай, что это поддержка в трудное время.
— Другу? — Михаил вскинул голову и посмотрел на меня. — Вы… вы считаете меня другом, князь?
— Мы воевали вместе, — улыбнулся я. — Сражались против монстров в Каньоне Дьявола, мы делили на двоих одну энергию. Конечно же я считаю тебя другом.
— Спасибо, князь, — Бабарыкин поклонился и крепко пожал мою руку.
— Не князь, а Юра, привыкай, — хмыкнул я и повернулся к Пожарской, пыхтевшей так громко, что казалось у неё из ушей сейчас пар повалит. — Вы тоже ко мне, княжна? Я не уверен насчёт своих полномочий. Ваш отец просил позаботиться о вас.
