Мистер Такагами приехал точно в два. На нем был темно-синий тренировочный костюм с девизом его школы боевых искусств на спине:
МОЛЧАЛИВАЯ СИЛА. Когда его познакомили с Тельмой, он сказал:
- Вы очень смешная леди. Мне нравится пластинка с вашими выступлениями.
Зардевшись от комплимента, Тельма объявила:
- А я вам честно скажу, я не против, если бы в прошлой войне победила Япония. Генри Такагами рассмеялся шутке.
- А ведь мы и победили.
Сидя в шезлонге и отпивая из стакана чай со льдом, Тельма наблюдала, как Генри обучает Лору и Криса приемам самообороны.
Генри было сорок лет, у него было хорошо развитое туловище, мускулистые плечи и руки и крепкие ноги. Он преподавал дзюдо и карате, был экспертом по кикбоксингу, а также обучал приемам самообороны, разработанным им самим на базе различных боевых искусств. Дважды в неделю он приезжал сюда из Ривер-сайда и три часа учил Лору и Криса.
Удары ногой, кулаком, тычки, выкрики, выкручивание рук, броски через бедро - всем этим приемам боя Генри обучал осторожно и одновременно настойчиво. Приемы обучения Криса были более легкими, чем Лоры, к тому же Генри устраивал для мальчика частые перерывы, чтобы тот мог передохнуть. К концу занятий Лора, как обычно, взмокла от пота и была на пределе своих сил.
Когда Генри уехал, Лора отправила Криса под душ, а они с Тельмой принялись скатывать маты.
- Он очень симпатичный, - заметила Тельма.
- Генри? Да, очень.
- Может, и я займусь дзюдо и карате.
- Что, у тебя столько недовольной публики?
- Это удар ниже пояса, Шейн.
- Все приемы оправданны, когда имеешь дело с грозным и безжалостным противником.
На следующий день Тельма возвращалась в Бсверли-Хиллз. Укладывая чемодан в багажник своей машины, она спросила:
- Послушай, Шейн, а ты помнишь ту первую семью, куда тебя отправили из приюта?
- Ты имеешь в виду семью Тигель? Их было трос: Флора, Хэйзел и Майк.
Тельма прислонилась рядом с Лорой к нагретой солнцем двери машины.
- Помнишь, ты рассказывала, что Майк увлекался газетами типа "Нэшнл энквайрер"?
- Я их так хорошо помню, будто рассталась с ними только вчера.
- Так вот, - продолжала Тельма, - я много думала об этой твоей истории, твоем хранителе, о том, какой он вечно молодой, как вдруг исчезает средь бела дня, вспомнила Тигелей, и мне стало смешно. Как мы издевались над старым, выжившим из ума Майком... А теперь ты сама претендуешь на "экзотические факты", да еще какие.
Лора улыбнулась.
- Может, я тогда напрасно не верила всем этим сообщениям о внеземных пришельцах, которые тайно поселились в Кливленде?
- Я вот что хочу сказать... В жизни много чудес и неожиданностей. Правда, многие неожиданности далеко не из приятных, и дни бывают мрачные, невезучие, безысходные. И все равно я сознаю, что мы присланы сюда с какой-то целью, пусть даже не можем разгадать с какой. В этом кроется какой-то смысл. Это не просто так. Не будь в этом смысла, не было бы тайны. Все было бы ясно и понятно, как устройство кофеварки.
Лора кивнула.
- Да ты слушай меня! Я мучаюсь, выдумываю примитивные философские истины, а в конечном итоге просто хочу сказать: "Не падай духом, девочка".
- Ты настоящий философ.
- Загадка, - продолжала Тельма. - Тайна. Да ты сейчас в самом центре загадок и тайн, Шейн, и это жизнь. Пусть сейчас небо хмурится, но все равно проглянет солнце.
Они стояли у машины обнявшись, без слов, пока не появился Крис с рисунком, который хотел подарить Тельме, чтобы она увезла его с собой в Лос-Анджелес. На рисунке, неумелом, но старательном, был изображен сэр Томми-жаба, стоящий у кинотеатра, где на афише большими буквами было написано имя Тельмы. У Криса на глазах были слезы.
- Зачем вам уезжать, тетя Тельма? Останьтесь еще на денечек!
Тельма прижала мальчика к себе, потом бережно свернула в трубочку рисунок, как если бы это было бесценное произведение искусства.
- Я бы с удовольствием осталась, Кристофер Робин, но не могу. Мои пламенные поклонники требуют, чтобы я сыграла в этом фильме. Я уже подписала обязательство.
- Что такое обязательство?
- Величайшая движущая сила в мире, - пояснила Тельма, еще раз целуя Криса. Она села в машину, включила мотор, опустила боковое стекло и подмигнула Лоре. - Экзотические факты, Шейн.
- Тайны.
- Чудеса.
Лора показала ей пальцами знак победы.
Тельма рассмеялась.
- Ты выдюжишь, Шейн. Несмотря на пистолеты, автоматы и прочие штучки, о которых я узнала, я теперь меньше о тебе беспокоюсь.
Лора и Крис следили, как машина миновала длинную, покрытую гравием подъездную дорогу и затем скрылась из виду на шоссе.
Большой кабинет и приемная профессора Владимира Пенловского находились на четвертом этаже Института. Когда Штефан вошел в приемную, в ней было пусто, но из соседнего кабинета доносились голоса. Он подошел к полуоткрытой двери кабинета, распахнул ее настежь и увидел Пенловского, диктовавшего что-то своей секретарше Анне Каспар. Пенловский поднял голову и с легким удивлением посмотрел на Штефана. Должно быть, он заметил напряженное лицо Штефана и, нахмурившись, спросил:
- Что-то случилось?
