Капитан Саня тесно придвинулась ко мне. Я почувствовал тепло, идущее от нее. Мы прижались друг к другу плечами, и я убавил громкость, иначе разговор можно было бы услушать во всем управлении. Смартфон у меня мощный.
Вениамин набрал номер. Долго слышались гудки.
Наконец ему кто-то ответил:
– Да, Веня, я тебя слушаю. – Голос был молодой, сдержанный, с заметным самоуважением, но без теплоты.
Так обычно говорят люди, которые хотят подчеркнуть свою занятость.
– Слава богу, дозвонился наконец-то. Я уже в четвертый раз вас набираю, а вы все не отвечаете.
– А почему такая спешка? Случилось еще что-то? Я думал, тебе не до меня. Видел, что ты меня вызывал, но перезванивать не стал. Ответить сразу не мог, у меня люди сидели.
– Тут сегодня приходили из полиции. Женщина, которая расследует убийство мамы, с ней мужчина. Как мне потом бабушка сказала, это частный сыщик, которого они с дядей Артуром наняли. Его фамилия Страхов.
– И что? Они убийство расследуют, вот и пусть трудятся. Мне-то об этом зачем знать?
– Они про вас расспрашивали. Что вы мне писали? Какие фильмы присылали? Еще показывали фотографию матери Сашки Тропинина. Спрашивали, не заходила ли она к моей маме. Я сказал, что заходила. Мол, мама ее подругой называла.
– Ну и хорошо. Ты все правильно сделал. Я думаю, она может быть даже в убийстве замешана. А что про фильмы им сказал?
– Ничего не сказал. Они хотели почту посмотреть, просили ваши письма показать. Я сказал, будто только что почистил ящик, все оттуда удалил. Но я это сделал позже, только после того как эти… ушли. Про вас больше ничего не сказал.
– Все правильно. Это наша маленькая мужская тайна. Ты же почти взрослый человек, должен понимать, насколько это важно. Их надо уметь хранить, даже по секрету никому не рассказывать. Иначе мужчина бабой становится. Когда у вас похороны?
– Завтра.
– Где-то через пару дней после этого я тебе позвоню. Встретимся.
– Вы уже обещали, но не звоните. Я же ждал. – В голосе мальчика звучали обида и упрек.
Он, видимо, откровенно хотел внимания к себе.
– Я сейчас сильно по работе занят. Ладно, Веня, до встречи. Ко мне пришли.
– До встречи. Я буду ждать.
На этом разговор закончился.
Почти сразу прорезался голос старшего лейтенанта Столярова:
– Тим Сергеевич, я засек его аппарат. Он находится в здании областной администрации. В правом крыле, почти в торце. Вот только этаж я подсказать не могу. Спутник не умеет его определять.
– Ладно, Володя, спасибо вам большое. Контроль за аппаратом продолжайте до особого. Второй телефон тоже контролируйте.
– Понял вас.
«До особого» – это армейская формулировка, означающая «до особого распоряжения», до отмены. Я не мог знать, куда еще будут звонить мальчишка или его недавний собеседник. По идее можно было бы уже прекратить это прослушивание. Но что-то заставило меня попросить Володю продолжить его.
– Вот они, нашлись. То раздеваются в кабинете, то при всех, на самом виду обнимаются. – По лестнице спускался подполковник Котов, начальник уголовного розыска. – А я долго стучал в кабинет. Даже подумал, может, опять раздеваются, потому и не открывают?
Капитан Саня сразу отодвинулась от меня, но сообразила, что нельзя говорить своему прямому начальнику о прослушивании телефонных разговоров, не санкционированном решением суда. Это дело вообще-то подсудное, и подполковник Котов обязан был отреагировать на такое самоуправство.
Поэтому Радимова вывернулась и объяснила:
– Мы агентурное донесение прослушивали. Человек передавал по телефону.
– А в кабинете это нельзя было сделать? Обязательно у всех на виду?
– Он позвонил, когда мы по лестнице поднимались.
– Ладно. В бытовые отношения своих сотрудников я не вмешиваюсь, если в них нет криминала. Можете хоть целоваться на крыльце, меня это не касается. Главное, чтобы не мужик с мужиком и не женщина с женщиной. Этого я, человек целомудренный, не потерплю. Скажи мне лучше, Радимова, что там насчет этой вашей?.. Как там ее?.. Тропинина, что ли?
– Да, Тропинина Надежда Ивановна. Мы только что вернулись из дома первой убитой женщины – Алевтины Соколянской. Сын по фотографии опознал Тропинину и даже назвал ее по имени. Она считалась подругой его погибшей матери.
– Так эта особа что, до сих пор в нашем городе находится?
– По крайней мере вчера еще, вероятно, находилась. Подозреваю, что она некоторое время проживала в квартире Алевтины Соколовой. Возможно, сама ее и убила. Материалы с места происшествия, товарищ подполковник, уже на нашем сайте. Я всю ночь набирала. В кабинете ночевала.
– Да, тебе же завтрак готовить нужды нет, не для кого. – Котов непонятно по какой причине тяжело вздохнул, очевидно, подумал о чем-то своем.
– Так точно, товарищ подполковник, не для кого. Кота соседка покормила и вечером, и утром. Уже звонила мне. Я ей специально ключи оставляю. А сама фигуру берегу. Только сбегала с утра в соседний кафетерий, кофе глотнула с бутербродом, и мне этого хватило. А завтрак мужчины, мои сослуживцы, пусть сами себе приготовят.
