— Первые палочки так и делали, но их качество и возможности, мягко говоря, далеки от идеала, а долговечность оставит желать лучшего, — ответил учитель. — С их помощью с трудом можно будет наколдовать простейшие чары, которые у волшебника получались лучше всего.
— Как можно сделать такую палочку?
— Хм… — задумался Олливандер. — Допустим, ты оказался в лесу и знаешь свою древесину. Но у тебя Бук, который не особо распространён, следовательно, можешь искать его до посинения. К тому же наверняка нет инструментов, древесина сырая — все эти факторы уже играют против создания нормальной палочки. В таком случае стоит использовать любую подходящую древесину, сойдёт дуб или ель. Но чтобы заставить её работать, придётся вымочить корпус в крови волшебника. Но! Запомни, Министерство магии не одобряет использование кровной магии, она в Британии запрещена.
— А как же сердцевина и руны? Ведь палочки нет, следовательно, придётся как-то вручную пилить корпус.
— Придётся, — кивнул Олливандер, его задачка явно заинтересовала, — именно так создавались первые палочки. Если есть нож, то корпус можно расколоть, иначе придётся туго. В качестве сердцевины можно использовать свои волосы — замена так себе, мы же не единороги, но всё же волшебники, так что хватит, чтобы Агуаменти и Акцио наколдовать или отогнать хищника. Дальше всё стандартно — выбирается сердцевина, рассчитывается рунная цепочка под нестандартные материалы, а в качестве фиксатора сердцевины и соединения половинок корпуса можно использовать древесную смолу. В дополнение корпус придётся жёстко зафиксировать какой-либо обмоткой. Несколько месяцев такой суррогат кое-как прослужит.
В итоге я решил остаться жить у тёти Илоны, она была совершенно не против. Жить с этой женщиной непросто, приходится терпеть постоянные подколки, остроты и эксцентричное поведение.
Сегодня я провожал родителей и брата в аэропорт. Перед отъездом из дома отец отозвал меня в сторону и протянул тряпичный свёрток.
— Колин, знаю, что оружие детям не игрушки, но раз у магов происходит такой бедлам, то оно явно тебе пригодится, — сказал папа.
Я развернул увесистый свёрток и обнаружил внутри пистолет, запасную обойму, набор по уходу, инструкцию для солдат по уходу за оружием и пачку на сто патронов.
— Пистолет? — удивился я. — Но откуда? У нас же в стране достать оружие почти невозможно.
— Почти, — кивнул отец, — но если сильно надо, то всё возможно. Это Зиг Зауэр P226. Я обратился к своему другу-военному, у которого покупал для вас военное обмундирование. Он участвовал в военном конфликте в Ираке в начале девяностых, этот пистолет «потерял» один из его погибших товарищей. Сам понимаешь, светить оружием не стоит — применяй только в крайнем случае. С твоими карманами полиция пистолет никогда не найдёт, а у волшебников оружие «маглов» не запрещено. Надеюсь, Колин, ты достаточно ответственный, чтобы не использовать оружие без причины и не демонстрировать его кому-либо?
— Конечно, пап! Но ведь я не умею им пользоваться.
— Ничего сложного — досылаешь патрон в ствол, если не сделал этого раньше, наставляешь на цель, стреляешь, — сказал отец. — С нескольких метров хоть одна пуля, но попадёт в противника… Эх… Кто бы сказал, что я своему сыну-подростку вручу пистолет, ни за что не поверил бы.
— Спасибо, пап!
— Колин, обещай, что если всё будет совсем плохо, ты не станешь геройствовать, а воспользуешься своим порталом и сразу же отправишься к нам в Австралию, — серьёзно посмотрел на меня отец.
— Я бы уже сейчас улетел, но переживаю за Луну. Не могу оставить её одну. На остальных магов мне плевать, но Луна… Я люблю её и не могу бросить.
— В Сиднее мы постараемся выяснить об австралийской школе магии, — продолжил отец, — в туристических брошюрках указаны магические кварталы, расположенные в разных городах планеты. Если получится, то постараемся устроить вас доучиваться в их школу.
— Устройте Денниса, мне осталось доучиться до обязательного минимума всего год, но даже так я не хочу бросать Луну. Если удастся её уговорить, тогда отправимся вместе в Австралию, если не выйдет, тогда я останусь в Британии.
— Глупо, сын, — покачал головой отец. — Девушки приходят и уходят, не стоит зацикливаться на одной, ты ещё молод, вся жизнь впереди.
— Пап, но ты же не бросил бы маму?
— Тут ты прав, — отец крепко обнял меня. — Всё, дальше мы сами доберёмся до аэропорта, а ты запри дом и сразу езжай к Илоне.
— Хорошо. Удачи вам.
— Не забывай, что мы оставили тебе Сквозное зеркало, как устроимся на месте, свяжемся, — напоследок сказал отец, разрывая объятья.
К Илоне сразу я не поехал, поскольку вопрос о том, правильно ли я поступил, не давал покоя. Проводив взглядом такси, в котором отправились в путь на другой конец света родные, я невольно покосился на телефон. У меня есть несколько знакомых маглорожденных, с которыми можно переговорить, узнать, как они поступили.
