Чтобы не получить в глаз, а то уж больно недовольно косился на меня рыжий, решил разыграть из себя идиота. Вытаращил глаза и стал, словно завороженный смотреть на Гарри Поттера. Заметив, что он проморгался и видит меня, постарался изобразить смущение, покраснел и стал мять в руках камеру, как девица платочек.
— Гарри. Я Колин Криви, — восторженно с придыханием произнёс я, делая шаг вперёд. — Я твой фанат! Ты же не будешь против, если я сделаю снимок?
Для большего эффекта пришлось потрясти фотоаппаратом почти перед носом Поттера, отчего он на шаг отшатнулся назад.
— Снимок? — недоумённо переспросил Гарри.
— Ну да, снимок. В доказательство того, что мы с тобой знакомы, — продолжил я, приблизившись ещё на шаг, а то Поттер отошёл, как же махать перед его лицом камерой? — Я всё о тебе знаю! Я СЛЕДИЛ ЗА ТОБОЙ, И БУДУ СЛЕДИТЬ ДАЛЬШЕ!
Не перебор ли? Звучит угрожающе. Поттер точно был до кирпичей в штанах напуган подобной перспективой. Вряд ли кому-то понравится преследование со стороны сталкера. Да нет! Это же так приятно — месть сладкая, словно патока.
— Мне столько о тебе рассказывали: как Сам-Знаешь-Кто хотел тебя убить, как ты забил его до смерти погремушкой, а он навсегда исчез, и всё такое… Что у тебя на лбу есть метка, похожая на молнию, — мой взгляд показательно задержался на лбу Гарри. — У меня тоже почти такая же, смотри! — откинув чёлку, я продемонстрировал шрам. — Я не знал точно, какой у тебя шрам, поэтому вырезал не совсем правильно…
Лохматая смотрела на меня огромными глазами, на её лице было написано нереальное удивление, смешанное с ужасом. Рыжий выглядел ошарашенным и застыл каменным истуканом. Сам же Поттер и вовсе обтекал, потихоньку пятился назад и наверняка желал оказаться как можно дальше отсюда и никогда меня не видеть.
— Как здесь замечательно! Дома со мной происходили странные вещи, вокруг летали собаки, а я и не знал, что это — волшебство, думал, их покусал радиоактивный паук. Но потом получил письмо из Хогвартса и всё понял. Мой папа молочник, так он и сейчас не верит в магию. Я хочу послать ему много-много твоих фотографий. А твой друг не мог бы сфотографировать меня вместе с тобой, чтобы мы стояли рядом? А ты мог бы подписать фото?
— Подписать фото? Ты, Поттер, раздаёшь свои фотографии с автографом?
Громкий насмешливый голос того самого блондина, который на платформе 9 ¾ обозвал меня грязнокровкой, гулко разнёсся по двору. Он остановился позади меня в сопровождении двух дружков, по виду настоящих головорезов.
— Спешите занять очередь! — надрывал глотку белобрысый, обращаясь к ученикам, наполнившим двор. — Гарри Поттер раздаёт автографы!
— Ничего я не раздаю, — стиснув кулаки, сказал Гарри. — Замолчи, Малфой.
Ох, что же вы со мной творите, чертяки языкастые? Никак не ожидал такого эффекта от своей маленькой мести. Хоть белобрысый и чудак на букву «М», но сейчас он меня радует.
Перепалка обострилась, дошло до того, что собрала вокруг толпу школьников вплоть до пятикурсников. Закончилось всё тем, что у рыжего не выдержали нервы, он выхватил замотанную скотчем палочку и послал в Малфоя заклинание Слагулус Эрукто. Только что-то пошло не так, в итоге заклинание он наложил на себя, после чего стал изрыгать из нутра жирных, склизких и до жути противных слизняков, чем порадовал всех окружающих и вызвал у них море смеха.
Под конец появился профессор Локхарт, который захватил в плен Поттера (приобнял) и позволил мне безнаказанно слепить его вспышками. И не важно, что в плёнке всего тридцать шесть кадров, и они давно закончились, аккумулятора-то хватит на сто вспышек, так что пытка продолжалась довольно долго. Поттер кривился, выказывал недовольство, пытался вырваться, но хватка у Локхарта была стальная, он позировал на камеру с нереальным удовольствием.
Восхитительный день!
Будильник, который подогнал мне староста, оказался отличным: громкий, большой, с механическим заводом, внешне похожий на старый советский. Я проснулся в семь утра и умудрился попасть в санузел без какой-либо очереди, что сразу подняло настроение, несмотря на раннюю побудку.
После завтрака в Большом зале, дождался у выхода Лавгуд. Она несла в руках книжки и письменные принадлежности.
— Привет, Луна. Ты чего без сумки?
— Привет, Колин, — улыбнулась девочка. — Нарглы спрятали мою сумку. Но ты не переживай, я повесила на доску объявление с просьбой её вернуть.
— Нарглы, говоришь? — прищурился я. — Ладно. Положи вещи пока в мою сумку, я чуть позже подойду к классу зельеварения. Надо припудрить носик.
— Хорошо, — кивнула Лавгуд, принимая мою почтальонку.
В сумку перекочевали вещи Луны, после чего она пошла в сторону подземелий. Я же вернулся обратно в Большой зал и направился к столу воронов.
— Кто у вас староста девочек? — спросил я у сидящего с края тощего и высокого, черноволосого старшекурсника.
— Стейси, — обратился он к солидных форм блондинке-семикурснице, которая сидела в метре от парня с противоположной стороны. — Тут от тебя что-то пуффендуец хочет.
— Ты что-то хотел, мальчик? — отвлеклась от болтовни с подружкой Стейси.
