— Спасибо, ребята, — поблагодарила нас Лавгуд. — Папа увлекается работой над журналом, из-за чего часто сам забывает поесть, а я не подумала о том, что надо собрать в дорогу ланч.
— Пожалуйста, Луна, — улыбнулся я. — Совместный приём пищи и традиция разделять еду с близкими людьми зародилась ещё на заре человечества. В любой стране мира хорошим тоном считается угостить человека едой, особенно друга.
Дождь усилился, а «Хогвартс–Экспресс» мчался все дальше на север. Окна закрыл густой туман. Стемнело. По всему вагону и над багажными полками загорелись лампы.
После еды нас всех стало клонить в сон, мы клевали носами, и в итоге уснули.
Стук колёс изменил ритм, отчего мы все проснулись. Не успел я продрать глаз, как заметил, что состав замедляется. За стеклом было темно, ветер и дождь за окном как будто усилились.
— Мы уже приехали? — сонным голосом вопросил Деннис.
— Вроде рано ещё, — нахмурился я, кидая взгляд на наручные часы. — В прошлый раз мы приехали немного позже.
Деннис встал с сиденья, и выглянул в коридор.
— Что там, Дэн?
— Такие же любопытные выглядывают, — ответил брат. — Похоже, они сами не понимают, что происходит.
Поезд резко дёрнулся и полностью остановился. Судя по звукам в вагоне, с полок посыпались вещи. Деннис пошатнулся, но я его успел поймать. Неожиданно погасли все лампы, и поезд погрузился в кромешную тьму.
— Это странно, — подала голос Лавгуд.
В вагоне стоял гомон, дети спрашивали друг у друга о том, что случилось и что делать. Начались брожения по коридору, что в темноте было не лучшей идеей, если, конечно, в изначальной задумке мальчишек не было полапать девочек. Темнота — друг молодёжи. Не знаю, насчёт коварных планов подростков, но возле нашего купе, судя по звукам и матюкам, столкнулись лбами пара человек.
Я почувствовал, как с противоположного сиденья ко мне под бок перебралась Луна, она ничего не говорила, но тело девочки подрагивало от страха. С правого бока ко мне прижался Деннис. Да и мне что-то стало неуютно и страшно.
В окне проплыла высокая фигура в тёмном балахоне. От неё исходил жуткий потусторонний холод. Присутствующих обдало стужей. У меня перехватило дыхание. Мороз пробирался под кожу, в грудь, в самое сердце.
В голове всплыли воспоминания о нападении собаки, как она грызёт моё лицо и лапами расцарапывает глаза. Потом воспоминания сменились другими, как я лежу в больнице и вокруг сплошная темнота, а меня колотит от страха остаться слепым. Воспоминание сменилось другим. Я лежу на теплотрассе, мучаясь от жуткой боли в животе, медленно умираю…
Вдруг за окном мелькнула вспышка, показалось, будто там промчался волк, словно сотканный из серебристого пара. Существо в балахоне резко скрылось из поля зрения и стало значительно легче.
В купе включился свет. У Луны всё лицо было в слезах, она была бледнее снега. Деннис сидел хмурый, но выглядел самым бодрым из нас троих. Меня жутко колотило, как во время сильной лихорадки.
— Что это было? — сумел из себя выдавить Деннис.
— Дементоры, — тихо прошептал я. — В Косом переулке поговаривали, что эти твари, которые являются стражниками Азкабана, в этом году будут охранять Хогвартс. Это всё из-за побега Блэка. Но мироздание раздери Фаджа на много маленьких частей — ведь бандит Блэк, а не мы! Почему именно нас должны караулить эти монстры? Если в течение года нас будут так охранять, то по Хогвартсу пронесётся волна суицидов.
За длинной речью я скрывал душевную боль и волнение. Больше подошёл бы русский мат, но не хотелось привыкать к крепким словам. Приобрести вредную привычку легко и просто, а избавиться от неё почти невозможно.
— Дементоры? — вопросил Деннис.
— Твари, питающиеся плохими эмоциями, которые сами же вызывают своим присутствием. Могут даже выпить душу, если подпустить их слишком близко.
— Не хотел бы я попасть в Азкабан, — зябко передёрнул плечами брат.
— Мама… — всхлипнула Луна.
Я покрепче обнял девочку и стал гладить по голове, чтобы успокоить, хотя сам ещё толком не отошёл, но я же парень, значит должен быть сильным.
Поезд тронулся и примерно через десять минут прибыл на станцию Хогсмид. Высаживались долго и шумно. Совы ухали, коты мяукали. Крошечная платформа после дождя обледенела.
— Первокурсники, сюда! — громыхнул знакомый голос полувеликана.
Деннис поспешил к Хагриду, а мы с Луной отправились к каретам.
На этот раз распределением занимался профессор Флитвик. Минерва Макгонагалл отсутствовала. За столом Гриффиндора не было пары третьекурсников: Гермионы Грейнджер и Гарри Поттера.
Среди преподавателей не обнаружилось Гилдероя Локхарта, отчего я с облегчением выдохнул. Зато присутствовало новое лицо. Это был мужчина средних лет, болезненного вида и изможденный, но совсем еще не старик, светло-каштановые волосы едва тронуты сединой. Одет он был в штопанную мантию. Тут же припомнилось, что волшебники считают, будто с помощью чар невозможно починить одежду, что наглядно демонстрировал этот маг.
