Слова уже на самом кончике моего языка.
А потом, глядя в глаза Энцо, я вспоминаю жар его силы. Снова пытаюсь заговорить. И снова слова застревают в горле.
Наконец, мне удается произнести хоть что-то, однако совсем не то, что я собиралась сказать:
— Когда я пойду на задание?
Энцо сужает глаза. Делает несколько неспешных шагов ко мне, пока не оказывается рядом. Мое сердце неистово бьется в груди. «Я идиотка. Зачем я это сказала?».
— Если тебе приходится спрашивать об этом, — отвечает Энцо, — значит, ты еще не готова.
— Я… — Момент упущен. Правда, уже почти готовая сорваться с губ, снова погребена под ворохом страхов. Мои щеки горят от стыда. — Я подумала, ты захочешь, чтобы я пошла с тобой, — удается закончить мне.
— Почему я должен хотеть, чтобы ты отправилась на задание со мной, волчонок? — тихо спрашивает Энцо.
По телу стремительным потоком течет страсть, взрезающая скопившееся в груди напряжение.
— Потому что я тебя впечатляю, — отвечаю я.
Энцо какое-то время молчит. Потом упершись одной рукой в каменную стену, другой прикасается к моей щеке и мягко наклоняет мою голову в сторону. Я трепещу. Что это за необычный свет в его глазах? Он смотрит на меня так, словно давно уже знает. Я подавляю порыв прикрыть изуродованную, шрамированную часть моего лица.
— Ты так думаешь? — тихо спрашивает Энцо и наклоняется ко мне, наклоняется так близко, что его губы почти касаются моих, дразняще замерев перед самым поцелуем. Наверное, он опять проверяет меня. Если я сдвинусь хотя бы на миллиметр, наши губы соприкоснутся.
Жар, идущий от его руки, вливается в меня, заполняя собой все мои вены и опаляя легкие огнем. В ушах ревет моя собственная энергия. Я словно нахожусь в самом центре океана, омываемая со всех сторон горячими течениями. В то же время я ощущаю что-то новое, то, что ощутила слегка и лишь однажды, когда меня тестировал Рафаэль. Пробуждается та частичка меня, которая откликнулась на притяжение самоцвета розеита — страсть и желание. Их энергия стремительным потоком приливает к груди, грозя прорваться сквозь кожу, лишая управления моей силой. Вокруг нас появляются иллюзии — лес и ночь, и темный океан. Слава богу, у меня за спиной стена. Если бы я не прислонялась к ней, то рухнула бы на колени.
В моем воображении Энцо спрашивает меня:
Затем Энцо отступает. Бегущий по венам жар испаряется, когда он забирает и свою энергию, оставляя меня изнывающей в холоде. Мои иллюзии рассеиваются. Впервые за всё наше знакомство Энцо не похож на хладнокровного, уверенного в себе, смертельно опасного Жнеца… Я вижу в его глазах уязвимость, даже вину. Мы в смятении смотрим друг на друга. Мои щеки всё еще горят. Что между нами только что произошло? Он — лидер общества «Кинжала», наследный принц, печально известный убийца, потенциально будущий король. И всё же я каким-то образом нарушила его спокойствие, а он — мое. Между нами темной пропастью разверзается невысказанная тайна.
Через мгновение Энцо обретает прежнюю отчужденность и невозмутимость.
— Мы подумаем о том, чтобы дать тебе задание, — произносит он как ни в чем ни бывало. Как будто между нами ничего не случилось. А может, и правда, ничего не случилось? Наверное, пережитое нами мгновение было всего лишь случайно созданной мной иллюзией, как и все остальные, окружавшие нас в тот момент. Как и призрак моего отца.
Я устало ссутуливаюсь, осознавая, в каком опасном положении находилась. И ничего не говорю в ответ. Вероятно, я только что едва избежала неминуемой смерти.
Энцо учтиво кивает, разворачивается и уходит из грота, оставляя меня в одиночестве, с гулко стучащим в груди сердцем. Глянув в сторону, я замечаю на стене черный и обугленный отпечаток ладони принца.
— Ты изменил свое мнение о ней? — тихо спрашивает Энцо.