— Я все равно рада, что вы здесь. Что я могу для вас сделать?
Наверняка ей следовало опустить голову или сделать хоть что-нибудь, чтобы показать им свое уважение, но она очень хотела посмотреть им в глаза и открыть им, что с ними она ощущает себя ценной, что она любит их. И судя по их чувственным улыбкам, полным мужского превосходства, они поняли ее правильно.
— Можешь начать, прижав свои руки к бокам. Закрой глаза. Раздвинь ноги.
Казалось, негромкие команды Лиама дотрагивались до нее именно там, где она больше всего желала. Они нагнетали ее возбуждение до тех пор, пока оно не расцвело в ее груди. Но она беспрекословно ему повиновалась, прижав руки к бокам, открывшись им и зажмурив глаза.
— Превосходно, — прошептал он ей на ушко, прикусив мочку зубами.
— Мы возьмем тебя всеми способами, которыми мужчина может взять женщину.
Рейн тяжело сглотнула. От этих слов у нее почти подкосились колени.
— Когда мы закончим, у тебя не будет и тени сомнения в том, что ты принадлежишь нам, — прорычал Хаммер с другой стороны ей в ухо.
— Твоя задача, любимая, отдаться нам полностью. Никаких секретов, отступлений и лишних мыслей. Думай только о том, в чем ты нуждаешься в данный момент. Все понятно? — спросил Лиам.
— Да, Сэр.
У нее дрожал голос.
— У тебя все еще есть стоп-слово. Какое?
Само собой он знал это слово, но хотел удостовериться. Он всегда беспокоился о ее безопасности.
— Париж, Сэр.
— Спасибо, прелесть.
Хаммер прошелся рукой вниз по ее правому бедру.
— Ты влажная?
От восхищения у нее перехватило дыхание.
— Да, Сэр.
— Докажи. Покажи мне, — рявкнул он.
Она нахмурилась, пытаясь придумать способ, как это сделать. Наконец, она подняла руку со своего бедра и опустила ее между своих припухших складочек, шокированная тем, что она была не просто влажная, а уже бесстыдно текла. Задев клитор, она открыла рот, мечтая о том, чтобы это был кто-нибудь из них…
— Достаточно.
Взяв ее за запястье, Хаммер убрал ее руку от киски и потянул к себе. Мгновением спустя, она ощутила на своих пальцах влажный жар его рта. Постанывая, он кружил языком по ее пальчикам, облизывая их со всех сторон.
В следующую секунду воздух покинул ее легкие. Боль между ног стала пульсирующей.
— Тебе нравится, как он пробует тебя на вкус?
Лиам задал вопрос низким, соблазнительным полушепотом. Рейн хотелось повернуться к нему и умолять его о поцелуе, чтобы он уложил ее на спину, прикоснулся, вошел в нее — сделал хоть что-нибудь, чтобы облегчить ее боль.
Сдерживая себя, она вонзила ногти в кожу бедра и прикусила губу. От жара у нее закружилась голова. Не получив ответа, Макен выпустил изо рта ее пальцы.
— Приму молчание за отрицательный ответ. Это какой-то кошмар, мужик. Я так хотел приласкать языком эту хорошенькую киску, но, полагаю, она против.
Он что, совсем спятил?
— Мне нравится. Я хочу этого. Пожалуйста…
Ей было плевать на то, что в ее голосе звучала ничем не прикрытая мольба. Пусть знают, что они нужны ей больше всего на свете. Ведь это все не более, чем, правда.
— Пожалуйста…?
В голосе Хаммера промелькнула стальная нотка.
— Пожалуйста, Сэр.
— Так-то лучше, — похвалил он.
Но даже после его одобрительных слов она почувствовала холод от того, что он отступил.
С левой стороны Лиам прочертил тонкую линию кончиками своих пальцев вниз по ее спине, прямо к расщелинке между ягодицами. Однако спустя секунду ощущение и от его прикосновения тоже испарилось. На комнату опустилась глубокое безмолвие.
От беспокойства у Рейн свело внутренности. Ей хотелось спросить все ли в порядке, открыть глаза и посмотреть, не ушли ли они. Но она напомнила себе об одном из их общих принципов — доверие. Они бы не стали заходить настолько далеко лишь за тем, чтобы потом ее оставить. Поэтому она не станет проявлять непокорность из-за своей неуверенности. Они сделают с ней все то, о чем она так мечтала, ей просто нужно позволить этому случиться.
Сделав успокоительный вдох, она сконцентрировалась и заставила отступить, сжавшее ее напряжение.
— Я польщен твоей реакцией, любимая, — голос Лиама прозвучал откуда-то из-за ее спины, снизу.
У нее даже не хватило времени задаться очевидным вопросом, она успела только нахмуриться, прежде чем, его ладони накрыли верх ее бедер с обеих сторон.
— Открой глаза и посмотри на нас.
Распахнув ресницы, Рейн уставилась в зеркало. От увиденного у нее перехватило дыхание. Хаммер присел прямо перед ней, его рот находился совсем рядом с ее киской. Жар его дыхания, когда он втянул воздух, чтобы вдохнуть ее аромат, его настойчивые пальцы, разводящие лепестки ее плоти, заставили ее ахнуть. Он обхватил ртом ее клитор и глубоко всосал его внутрь, в то время как Лиам, раздвинул ее ягодицы и обвел, смоченными в смазке пальцами, тугое отверстие ее попки.
Рейн мяукнула в ответ на новую, прокатившуюся по ней волну желания, которая задела каждое нервное окончание и заставила умолкнуть все ее страхи. В ней не осталось ничего, кроме зовущей, ноющей жажды чувственных ощущений, крадущей все ее мысли и заполняющей собой каждую клеточку ее тела, каждую венку, звучащей в каждом ударе ее сердца.