Предупреждение было слишком очевидным, чтобы не услышать его. Поэтому, она снова вернулась к шутливому тону.
— Прости. Я не хотела грубить. Я ценю все, что ты сделал, ведь я знаю, ты совсем не обязан помогать мне.
Бек отмахнулся от нее.
— С тех пор, как ты ушла из дома, ты больше ни разу не встречалась и не разговаривала со своим отцом, ведь так?
— Нет.
Она отшатнулась.
— Боже, нет.
В течение долгого времени, Бек ничего не говорил, и Рейн поняла, что он тщательно подбирал слова. Наконец, поднявшись с края кровати, на которой она спала, он произнес:
— Хорошо. Тогда, может, поедим? Полдень уже давно прошел, думаю, ты проголодалась.
— А ты?
Поднявшись вслед за ним, она постаралась не смущаться, увидев то, в чем была одета: открытый топик и спортивные шортики. Несмотря на его легкомысленный флирт, отношения между ними не выходили за рамки дружеских, и уж точно их нельзя было назвать сексуальными. Кроме того, в "Темнице" Бек видел всех до единого — обнаженными, в том числе и ее. И потом, он был врачом. А у нее не было каких-либо частей тела, отличающих ее от его пациенток или женщин разгуливающих по клубу.
Она заметила, как в его глазах погасла вспышка.
— Сможешь приготовить что-нибудь? Потому что, предупреждаю сразу, холостяцкая еда и еда в больничном кафетерии — мусорный отстой.
Она рассмеялась.
— Буду только рада. Дай мне несколько минут, и я сделаю что-нибудь феерическое.
Это было самое меньшее из того, что она могла для него сделать.
Расчесав волосы, почистив зубы и умывшись, Рейн переоделась в штаны для занятия йогой и выцветший свитер. Надев пару носков, она проследовала на кухню.
Бек стоял на балконе, и смотрел в сторону океана. Он сам, как и боль, которую он причинял сабам в клубе, долгие годы оставались для нее загадкой. Когда они впервые встретились, мысленно, она даже поставила его на один уровень со своим отцом, сейчас же, она понимала насколько была несправедлива. Сабы просили и умоляли его о боли. Но эта привлекательная и сострадательная его сторона, удивила ее. Рейн не понимала, почему он одинок, когда мог запросто соблазнить любую. И сейчас, смотря на его задумчивый…. и несчастный профиль, она надеялась, что в скором времени, он все же найдет ту, которую так долго искал.
На кухне, она почувствовала себя, как дома. Экономка Бека, по всей видимости, посещала изысканный продуктовый магазин, потому что, покопавшись в куче ящичков, Рейн нашла много всяких вкусностей.
Она поджарила для него креветки, завернув их в ломтики бекона, потушила овощи и приготовила картофельное пюре, в которое щедро добавила тертый чесночный пармезан. Бутылку Совиньона Блан, Бек оставил охлаждаться в холодильнике.
Вытащив два бокала и бутылку, она взяла штопор и отнесла их ему на балкон. Прихватив салфетки, вилки и две полные тарелки еды, она сервировала ими небольшой столик.
День был холодным и ветреным. Побережье окутывал почти непроглядный туман.
Рейн еще не приняла никаких решений, она не знала, что и как ей делать дальше, но каким-то образом, новое место, в котором она находилась, помогло ей справиться с той огромной кучей вчерашних проблем.
Надкусив креветку, Бек закатил глаза и громко застонал. Имея слуховое представление о том, как он получает оргазмы, она поняла, что этот звук, по сравнению с ними, прозвучал намного громче. Рейн захихикала.
— Ну как, тебе нравится?
— О-о, принцесса. Забудь Лиама и Хаммера. Оставайся жить у меня.
— Расцениваю это, как да.
Она закатила глаза.
— А как же второе и десерт?
— Нет, для начала мне нужно разобраться с креветками, а там посмотрим.
Бек блаженно вздохнул.
Пока он разливал вино и они ели, между ними стояла тишина. В ее голове, снова и снова, прокручивались тысячи мыслей. Она так долго противостояла Хаммеру и не подпускала к себе Лиама. Но Бек задал простой вопрос. В чем ее проблема? И когда она призналась, что не видела своего отца в течение шести лет, он не сказал ни единого слова об этом. Но выражением своего лица, он ясно дал ей понять, что ей следует это сделать.
Первым ее инстинктивным желанием было — бежать. Боже, и когда она успела стать такой трусихой? Точнее, сможет ли она обрести свое счастье, если продолжит отталкивать и избегать каждого, кто захочет узнать ее поближе?
— Я должна встретиться с ним, — призналась она.
— С Лиамом? Или Хаммером? — спросил Бек, положив в рот еще один кусочек картошки.
— Со своим отцом.
— Ну, рано или поздно, это все равно произойдет, — согласился он.
Зачем ждать? Растягивание этого состояния неопределенности, не позволит ей двигаться вперед.
— Сегодня.
— Это…. смело.
Сделав вдох, Бек задумался.
— Давай сперва поговорим об этом. Ты уже знаешь, что скажешь ему?
После того, как она стала жить в "Темнице", она часто репетировала и прокручивала в голове свою речь, но теперь ее мысли были настолько запутаны, что она даже не знала с чего начать.
— Придумаю что-нибудь.
Бек отложил вилку в сторону.
— Он опасен. Я не могу позволить тебе встретиться с ним один на один. Конечно, вы сможете поговорить без меня, но я буду держаться поблизости.