Его путь к трибуне был непростым. Демосфен потерял отца примерно в возрасте семи лет, и контроль над семейным поместьем перешел к недобросовестным опекунам, которые растратили его наследство. Будучи болезненным ребенком с дефектом речи – он с трудом выговаривал букву «р», – Демосфен постоянно подвергался насмешкам сверстников, которые дали ему прозвище Батал, то есть «заика» и «неженка», однако слово имело и другие, более оскорбительные ассоциации[209]. Недостаток друзей и средств, слабое здоровье, отсутствие традиционного воспитания все же не помешали ему получить образование. Возможно, он даже учился у знаменитого оратора Исея. По достижении совершеннолетия Демосфен получил остатки изрядно уменьшившегося состояния и сразу подал в суд на своих опекунов, обвинив их в растрате. В конце концов он выиграл дело, но смог вернуть лишь часть украденного. Однако неурядицы познакомили его с афинским правом, показали важность тщательного исследования, подготовки к выступлению и правильного произнесения речи. В итоге он приобрел репутацию молодого человека с незаурядными навыками и амбициями. Некоторое время он писал речи для других ораторов, а затем целиком посвятил себя общественной жизни[210].
Ранние выступления Демосфена не имели успеха. Речи его часто были путаными и сложными для восприятия, скорее многословными, чем убедительными. По словам Плутарха, после одного особенно неудачного выступления друг-актер провожал его домой, надеясь дать какой-нибудь мудрый совет. Демосфен жаловался, что израсходовал все силы, пытаясь завоевать благосклонность слушателей, но, увы, безрезультатно. Актер пообещал изменить ситуацию и попросил его прочитать несколько строк из Софокла или Еврипида, что Демосфен и сделал – это не составляло труда для любого образованного грека. Затем актер повторил эти строки, но с артистизмом опытного исполнителя. Идея была простой: содержание – это одно, а «игра» – совсем другое, настоящий мастер публичных выступлений должен достичь совершенства в обоих. Демосфен принял совет близко к сердцу. Он начал преодолевать дефекты речи с помощью множества новых упражнений: говорил с камешками во рту, чтобы улучшить произношение, усиливал голос, произнося речь на ходу или даже поднимаясь бегом в гору, декламировал дома перед большим зеркалом вместо публики. Когда позже его спросили о секрете ораторского искусства, он ответил: «Игра, игра, игра»[211].
Теперь ему было около тридцати пяти, он был худощав и слегка хмурил брови, возможно, у него уже появились залысины, заметные на более поздних портретах. Справа от него возвышался Акрополь – величественные мраморные монументы, согреваемые первыми лучами солнца, слева – святилища Зевса и нимф, которые посещали женщины с вотивными дарами, надеясь заручиться божественной поддержкой для зачатия, легких родов или исцеления больного ребенка. А рядом с ним – члены
