Молодой Александр полностью

После заключения Филократова мира и окончания Третьей Священной войны Исократ написал открытое письмо Филиппу. Он призывал его объединить греков в совместном походе против их заклятого врага – Персии. Персидские войны V века до н. э. и осквернение святынь Греции так и не были должным образом отомщены, и Исократ полагал, что новый мир дает возможность городам-государствам снова объединиться, покончить с ожесточенным соперничеством между собой и прославить Элладу. «Если ты добьешься успеха, – писал он, – твоя репутация встанет вровень с репутацией самых выдающихся людей в истории, и даже если ты не оправдаешь своих ожиданий, во всяком случае, ты завоюешь расположение всех эллинов, а лучше завоевать такое расположение, чем брать силой множество эллинских городов»[375].

Персидская империя славилась сказочным богатством и экзотическими чудесами. Через посредство региональных наместников и сатрапов Великий царь из династии Ахеменидов контролировал огромную часть известного мира, от Египта, Леванта и Малой Азии, через Ирак и Иран – сердце Персии, вплоть до Центральной Азии на северо-востоке и долины Инда на востоке. Говорили, что от восхода и до захода солнца Великий царь мог повелевать множеством народов[376]. Несмотря на популярные среди греков представления о персах как изнеженных и раболепных людях, находящихся под пятой деспотических правителей, их царство процветало и по большей части оставалось стабильным. Персидская империя вовсе не прозябала в упадке, как предполагали некоторые античные авторы[377]. К тому же дихотомия Востока и Запада не была столь контрастной, как часто представляется[378]. На побережье Азии существовали греческие города-колонии, поддерживался регулярный обмен людьми, товарами и идеями через Эгейское море. Великий царь персов выступал в качестве арбитра и гаранта прежнего эллинского мира, и его двор привлекал самых разных греков – от артистов до врачей, да и многие солдаты-наемники находили хорошо оплачиваемую работу в персидских войсках. На самом деле, против Александра сражалось больше греков, чем за него, во время его азиатского похода[379].

У македонян были сложные отношения с Персией. Около 30 лет, в конце VI – начале V века до н. э. (512/11–479 годы до н. э.), они были подданными Великого царя, являясь вассальным государством империи Ахеменидов. Персы называли их яуна такабара – «греки со щитами вместо шапки», что указывает на их типичные головные уборы – каусию или петсос, широкополые шляпы, защищавшие от солнца. Ряд ученых полагает, что в своем развитии македонский царский двор находился под сильным влиянием восточных моделей[380]. В любом случае Персидская империя преподнесла амбициозным македонским вождям немало полезных уроков о том, как контролировать новые земли и народы. В начале своего правления Филипп заключил договор о мире и союзе с Артаксерксом III (до вступления на престол носившим имя Ох), однако после окончания Священной войны македонец стал вынашивать идею персидской кампании, по-видимому, независимо от призывов Исократа[381]. Филипп хорошо знал историю, и Полибий сообщает, что он черпал уверенность в опыте предыдущих греческих армий, отважившихся вторгнуться в Персию, включая знаменитые подвиги Ксенофонта и 10 тысяч, а также походы спартанского царя Агесилая в 390-х годах до н. э.[382] «Эти два примера, – пишет Полибий, – показали Филиппу трусость и лень персов в сравнении с военной эффективностью его самого и македонян». В чем Филипп твердо был уверен, так это в том, что перед началом каких-либо военных действий против Персии нужно наладить отношения с греческими соседями.

Пока Александр был занят физическими упражнениями и учебой в Миезе, Филипп сосредоточился на укреплении своих границ. Он привел большую армию в Иллирию, опустошил ее города и сельскую местность. В крупном сражении он победил царя Плеврата, но был в очередной раз ранен: ему сломали ключицу[383]. Затем он появился в Фессалии, сменил наиболее беспокойных городских тиранов и реорганизовал структуру региона, передав его управление в ведение четырех тетрархов[384]. В Эпире он лишил власти царя Ариббу; его место занял воспитанный при македонском дворе Александр, брат Олимпиады, таким образом Филипп расширил власть молоссов дальше на юг, в сторону Амбракии[385]. В конце 340-х годов до н. э. македонский царь смог сконцентрироваться на покорении Фракии и начал продвигаться к Геллеспонту, древнему мосту между Европой и Азией. Постепенно разговоры о войне с Персией обретали очертания, замысел начинал воплощаться в жизнь.