<p><emphasis><strong>Глеб Семенов</strong></emphasis></p><p><strong>В ЯНВАРСКУЮ НОЧЬ</strong></p>…И после смерти — все-таки опальный!Жандарм садится в сани тяжело:Укрытого рогожей —                                в погребальный,В кандальный путь,                              пока не рассвело.Жандарм садится в сани                                      и небрежноЗапахивает шубу, как тюрьму;Свистят кнуты,                       и ненавистью снежнойВесь мир в лицо бросается ему;И полночь;                 и неровные дороги,Полозья жалуются на судьбу:Впервой нести                       не розвальни, а дроги…Сама свобода, кажется, в гробу.Сугроб;            за ним другой встает сугроб;Летя почти что сослепу в галоп,Косятся государственные кони…В каком-таком записано законе,Чтобы не смел покойник отдохнуть:Окончен путь —                         и вновь пускайся в путь,Чтобы опять метели голосили,Чтобы опять,                    как мутная слеза,Вся темень николаевской РоссииВ дороге набежала на глаза!Самодержавный                         и самодовольныйВластитель поправляет эполет. —Не на него ль —                         тяжелый, длинноствольный —Ты, Пушкин, наводил свой пистолет?!Ты гневно жил,                       и даже умираяТы мстил ему,                      и мать-земля сыраяТебе успокоенья не дала…Гуди, мятель,                     от края и до края!Россия,            грянь во все колокола!Волнуйся,                протестуй,                                 и непокорствуй,Сынов своих                     на бой благословиВсей пушкинскою ненавистью острой,Всем беспокойством пушкинской любви.Они встают навстречу непогодеОт Волги,               из донских идут степей,И силой наливается в народеМечтао светлой вольности твоей.Пускай, лишенный имени и званья,Препровожден был в вечное изгнанье,Как по этапу,                     в глушь твоих равнинТвой гордый,                    твой великий гражданин;Пусть версты полосатые конвоемСквозь ночь растягивались на века;Пусть бесы                  визгом жалобным и воемГлушили бормотанье ямщика;Полозья пусть искрили на каменьях,Пускай жандарму снилась тишина, —Ты вспрянула,                      Россия,                                  ото сна!И сбывшихся пророчеств современникЯ — у могилы:                      камня белизнаИ пушкинская                      надо мной                                       весна.<p><emphasis><strong>Нина Островская</strong></emphasis></p><p><strong>В ЯКУТИИ</strong></p>Под холодным небом — крики:Кони встали на хребте…Мы от ржанья их отвыклиЗдесь, на горной высоте!Свист и мертвого разбудит —Расступись, сырой туман!Это значит, йохор[13] будет,Раз подходит караван.Встречи миг счастлив и краток,И на легкий чистый снегВыбегают из палатокВсе двенадцать человек!Ухокай! Плотнее круг!Гулко бьют ладони рук,Узкоглазы и смуглы —Ходят парни у скалы.Топот ног, веселье, смех, —Встреча радостна для всех!Стало жарко, стало тесно,Все быстрей звучит напев…А у нас гармони нетГрянуть «русскую» в ответ,И геолог, вторя песне,В круг вступает, обмелев.Разлились заката краски,Рвется ввысь огонь костраДо рассвета будут пляски,Будут песни до утра!<p><emphasis><strong>Виталий Шевченко</strong></emphasis></p><p><strong>МОЕ ЧЕРНОМОРЬЕ</strong></p>
Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Молодой Ленинград

Похожие книги