Выскочив на поле, и сразу включившись в игру, Кочет сразу почувствовал себя чужим на поле, по которому носились взмыленные футболисты, быстро передавая мяч друг другу. И лишь большим усилием воли он заставил себя поймать темп игры, более менее сыграв удовлетворительно.
В дополнительное время счёт долго не менялся, а обидевшийся Кочет поймал себя на мысли, что втайне желает поражение своим.
— Ведь если гол так и не забьют, то будут пробивать пенальти, но без меня!? А так у меня был бы шанс хоть пенальти забить!? Жалко! Ну, тогда пусть моим забьют и накажут Багрова за его фокусы с составом! Себя вот никогда не меняет! Надо же? О чём это я? Что-то я не так думаю!? — мгновенно пронеслось в его ещё горячей голове.
И Платон накаркал. В самом конце игры соперники всё же забили единственный гол, а Кочет поспешил в раздевалку, дабы не показать товарищам своего злорадного взгляда.
Но ответа Анатолия Багрова он не услышал, так как тот всегда говорил негромко. На этом их футбольный сезон закончился.
В этом году Платон всего сыграл 20 игр, в которых забил 9 голов. Но средняя его же оценка самого себя составила всего 2,7 балла.
Подсчитав этот свой средний балл, Платон ни мало удивился:
— Так это, значит, я плохо играю!? Или слишком строго сужу себя, ориентируясь на прошлые мои заслуги и мои потенциальные возможности!? Надо будет мне в новом сезоне критерий оценивания моей игры немного понизить! А то капитаном не выберут?! — задумался, решил и понял он.
Зато президента на следующий день выбрали на референдуме в Египте.
Как всеми и предполагалось, им стал Анвар Садат.
В этот же день отец и сын Бразинскасы захватили, совершавший рейс Сухуми — Батуми, самолёт Аэрофлота Ан-24, убив бортпроводницу Надежду Курченко и вынудив экипаж совершить посадку в турецком Трабзоне.
А следующим вечером в пятницу, раньше обычного возвращавшиеся из института реутовские студенты-вечерники, стали свидетелями гибели пьяного полковника под колёсами электрички. До этого, проходя мимо ресторана «Золотой рожок», многие, и как всегда Платон по пятницам, побаловали себя мороженым за 28 копеек. Шоколадный или белый батончик в шоколадной с орехами глазури, завёрнутый в фольгу, нравился всем.
И когда весёлая, поедающая мороженое, их компания стояла на платформе, не садясь в электричку на Владимир, задержавшийся с посадкой в вагон пьяный офицер, сильно шатаясь, промахнулся мимо двери вагона, упав с платформы между вагонами на рельсы. Тут же раздался женский крик и несколько мужчин ринулись на помощь, склоняясь в темноту между вагонами, пытаясь схватить и вытащить упавшего.
И хотя кто-то успел открыть стоп-кран, но, тронувшаяся и затормозившая, электричка успела разрезать его тело пополам в районе грудной клетки. Тут же кто-то спустился на рельсы и констатировал бесполезность дальнейшей помощи пострадавшему. Электричка ушла, а до всех дошёл крепкий алкогольный запах из разрезанного тела. Некоторых свидетелей происшедшего даже стошнило. А движение электропоездов было прервано.
— Фу! Какая жуть и вонь! Жалко полковника! А ведь всё это от водки! Хорошо хоть, что я уже успел съесть своё мороженое, а то бы меня тоже вырвало!? — лихорадочно проносились разные мысли в голове Кочета, под руки уводящего подальше от этого места Валю и Веру, которых уже трясло.
Но в субботу 17 октября Кочет с Поповым были уже в гостях у Сарычевых.
Родители Юры Михаил Наумович и Лидия Ивановна радушно встретили друзей сына и особенно были внимательны к его подруге Любе — студентке-вечернице, жившей в Новогиреево.
