Недаром Алевтина Сергеевна периодически замечала свой инструмент на их участках, при этом сетуя своим:
— «А Славка подворовывает у нас! Иногда залезает к нам в дом и ворует посуду!».
— «А как он может войти в дом?!» — пока не верил матери Платон.
— «Так наверно его ключ подходи к нашему замку?!» — не унималась Алевтина Сергеевна.
— «Ну, не знай, не знай…» — бурчал себе под нос Платон, понимая, что если это подтвердится, то старший Котов навсегда перестанет быть для него уважаемым человеком.
— «Так и Рива тоже потихоньку таскает, но пока лишь садовый инструмент!» — сказала она, несколько дней назад издали увидев свою старую любимую тяпку на участке Кошман.
Но домашние пока относились к этому критически, ведь, как говорится, не пойман — не вор!
— «Мам, так может это просто у них такие же тяпки, как у нас, и тоже уже старые?» — продолжал не верить ей сын, боясь разочароваться и в этих соседях.
Но новые трудовые будни и события отвлекли его от дачных забот.
Во вторник к нему неожиданно подошёл, год назад окончивший МВТУ, и потому перешедший из двадцатого цеха в Отдел Главного Технолога, бывший цеховой нормировщик Василий Гаврилович Юров и предложил, уже перешедшему на третий курс института, Кочету новую работу у него:
— «Платон, я знаю, что ты здесь всё-таки прозябаешь и перспективы не ахти — заговорчески начал он — А я предлагаю тебе новую и приятную для тебя на время учёбы работу, а может даже перспективную! Я сейчас работаю начальником бюро нормирования в ОГТ, и могу быстро и сразу взять тебя, как бывшего токаря и будущего инженера и вообще головастого парня, на должность старшего техника-технолога-нормировщика с твёрдым ежемесячным окладом девяносто восемь рублей, плюс квартальные премии, и нормальный отпуск! И ты теперь, наконец, официально перейдёшь из рабочего класса в ИТР!» — польстил он интеллигенту.
— «Это мне интересно!» — воспользовался Платон паузой в пламенном спиче Юрова.
— «Твоим рабочим местом будет письменный стол в общем кабинете, работа у тебя будет бумажная и счётная с редкими походами в подшефные цеха! И ты даже сможешь иногда заниматься на своём рабочем месте своими институтскими заданиями!» — уже с радостью добавил он.
— «Так я же не умею нормировать!».
— «А я тебя быстро научу! В этой работе главное — знать и понимать технологический процесс, чувствовать или просчитывать затраты времени на разные операции и подготовку к ним, плюс непредвиденные затраты! Так что работа не трудная, но ответственная! Но я всегда буду рядом и проверять её сам! Так что не бойся, ты справишься! Кстати, у тебя и отпуск будет четыре недели!» — закончил он с серьёзным видом, вопросительно глядя на Кочета своими добрыми голубыми глазами.
— «А я-то вообще ничего не боюсь и согласен!» — радостно резюмировал и Платон, особенно обрадовавшись увеличению длительности отпуска.
— «Хорошо! Тогда сейчас напиши заявление по этому образцу, и наверно через месяц уже перейдёшь ко мне! Вот мой телефон» — протянул он Платону образец, чистый лист бумаги и записку с номером телефона.
