— Понимаем, что шаманка не желает, чтобы мы охотились и далее, и решаем раньше срока вернуться домой. По возвращении домой еще не догадываемся, что труп принадлежит Трифоновой. К ноябрьским праздникам я получаю письмо от отца, где описывается вся родословная шаманки Кыйаары, а ночью Виктору снится сон, как будто бы голова говорит, что она дочь Семена. Мы едем к подруге Лиды и выходим на пропавшую без вести Чемезову, полагая, что найденные останки могут принадлежать и ей. И тут мой шеф в лице Виктора решил свозить маму пропавшей без вести Чемезовой в морг. Она не опознает дочку, утверждает, что у нее в переднем верхнем ряду зубов заметная щербинка. Позже судебный медик тоже отвергает версию, что останки принадлежат Чемезовой. Чтобы удостовериться до конца, шеф ведет мужа пропавшей в морг и пальцами раздвигает губы головы, чтобы показать зубы. Тут губы трупа зашевелились, Виктор чувствует пульсацию вены на голове. Это я объясняю тем, что шаманка переселилась в тело своей родственницы и пытается подсказать нам, кто убийца, но мы в очередной раз не вняли ее увещеваниям…
— Фу, ты трогал руками труп?! — воскликнула Марина. — Бррр, какая мерзость!
— Трогал, признаюсь, — ответил Кравцов, бросив на Андросова уничтожающий взгляд. — Но после этого случая я долго не прикасался к тебе, пока не почувствовал, что руки не очистились от скверны.
Рассказчик виновато кашлянул в кулак и объяснил:
— По роду своей деятельности нам приходится прикасаться к трупам. Вот патологоанатомы с утра до вечера трогают их руками — и ничего.
Марина с благодарностью глянула мужу в глаза и погладила его по руке:
— Витя, не переживай, это я с испугу.
— Идем дальше. Чтобы установить, где гуляли девушки, Виктор решает походить по ресторанам и показать фотографию посетителям и официантам и почему-то решает, что надо начать с «Севера». Тут я тоже усматриваю мистику. Почему именно в это заведение, ведь нам было бы сподручнее начать с ресторана «Лена»? Но мой шеф почему-то решил именно так. И, кстати, дорогие наши жены, вы упрекаете нас в том, что мы посещаем рестораны. А как работать и раскрывать преступления, если обходить питейные заведения стороной? Никак.
— Ладно, ладно, не оправдывай себя, — выронила Галина. — Ходите на здоровье, только не напивайтесь и не бейте там людей.
— Это Кочур-то и его банда люди? — усмехнулся Андросов. — Они столько людей побили и запытали, возможно, даже и убили, так что при первой же возможности их самих надо бить смертным боем. А пытаться посадить бандитов законным путем бесполезно — для этого нужно менять Уголовный кодекс, и получается, что виновато государство в разгуле бандитизма, а мы, милиционеры, прокладка между преступностью и державой, которая оказалась на глиняных ногах.
— Прокладка — слишком грубо сказано, — поморщился хозяин. — Мы, наверное, буфер между обществом и преступностью.
— Согласен, пусть будет буфер, — ответил сыщик и продолжил: — После похода в ресторан мы установили, кто является убийцей. Задержали его, изъяли палец этой Чемезовой, а также ее свитер, в котором преступник нападал на женщин, кровь и многое другое.
— Боже мой, зачем ему палец этой бедной девушки? — простонала Марина. — Какой-то изверг!
— Изверг еще тот, — согласился опер и решил завершить рассказ на мажорной ноте:
— После этих трагических событий в город приезжает мой земляк Трифонов Семен, потомок той Кыйаары, в результате чего появляется радостная новость о том, что в семье моего друга ожидается прибавление. Тут тоже не обошлось без шаманки, ведь Семен черпает силу от своей великой прародительницы, и вообще, все что произошло в этой истории в целом, связано с именем Кыйаары.
— Складно рассказал, содержательно, — похлопал по плечу друга Кравцов. — Правда, последовательность некоторых событий перепутал и нафантазировал, но для несведущего очень интересная история. До этих событий я не верил в наличие каких-то необъяснимых и потусторонних сил, а теперь эта вера во мне укоренилась, тем более после акта исцеления у потомка великой шаманки.
— А я всегда верила, — судорожно вздохнула Марина. — И эта вера, наверное, позволила мне забеременеть.
— За это надо выпить! — предложил Андросов. — Чтобы следующий год семья Кравцовых встретила втроем!
— Ураа! — протяжно крикнули все под звон рюмок и бокалов.
После новогодних праздников, где-то в середине января, из командировки вернулся исхудавший и злой Шуляк. С аэропорта сразу приехал на работу и рассказал Кравцову следующее:
