— Ах Джессика, ты такая наивная. Через пару-тройку сотен лет ты полностью разочаруешься в людях. Эти мерзоты уже давно утратили всё человеческое. Чтобы объединиться, нужно иметь общие цели. Нет, им проще выяснить отношения сейчас. А победитель атакует меня со свежими силами, полученными от поверженного противника.
— Зачем ты мне всё это рассказываешь?
— Ты — единственная, кто смог пройти по Пути и собрать мою душу. Какие бы лавры себе не приписывала Эльва, ей никогда не сделать этого в одиночку. И теперь, когда ты в моих руках, ты будешь служить мне, Джессика.
— Нет.
Розалин рассмеялась.
— Обязательно будешь. Никуда не денешься. Всё было частью грандиозного плана. Я бы ещё поиграла с вами, но медлить больше нельзя.
Джессика лишь покачала головой. Розалин подала ей воды, та жадно выпила всю чашку.
— Вы уничтожили лучших ведьм — Клэр Макдауэл, Дорку Балаш, Сувданцэцэг, Лурдес Эспинозу и Барбару Баттлер.
— Я не знаю никакой Барбары.
— Спенсервильская казнь 1675 года. Ведьма, что сгорела на сосне. Каждому времени обычно служит лишь одна Великая. Но Эльва и Гекла пережили всех. Надеюсь, они уже выяснили, кто сильнее. Мне придётся изъять свой подарочек у победителя. Но я не имею ничего против тебя как хранителя. Я дам тебе не одну душу, а две или три. Сможешь ли ты удержать и сберечь этот дар?
Джессика ничего не ответила. Она о чём-то думала.
— А как же Эльва? Ты сохранишь ей жизнь?
— Нет! Она предала меня.
У Джессики по щекам заструились слёзы. Розалин с удивлением посмотрела на неё.
— Какое тебе дело до этой вонючей старухи?
Джессика ничего не могла понять. Она знала — прикажи сейчас Розалин служить ей в обмен на жизнь Эльвы — она бы согласилась.
Мешок из козьей шерсти был собран.
— Поднимайся на ноги. Нам пора.
— Куда?
— На встречу с ведьмами.
Джессика, выплюнув сгусток крови, промолвила:
— Я же сказала, что не буду тебе служить.
— Будешь.
Она сдёрнула рогожу со стола. Перед Джессикой лежал обнажённый Фелпс. Жёлтый клинок торчал из его груди.
***
Сильно похолодало. Тут, на старом кладбище, было негде укрыться от ветра. Джессика вся продрогла. Разбуженные вороны сулили мороз редким карканьем. Туман всё больше сгущался, скрывая и без того едва различимые в темноте могильные плиты. Судя по датам — здесь не хоронили без малого восемьдесят лет. Джессика увидела склеп из белого мрамора и стала осторожно пробираться внутрь. Вначале она увидела Эльву, которая устало вытирала окровавленные руки. Незнакомая, сморщенная словно печёное яблоко старуха с невероятно бледным лицом лежала на могильной плите. Какая-то ветошь была обёрнута вокруг её брюха. На месте левого глаза мерцало безобразное синюшнее бельмо. Джессика знала, что это. Так ведьмы выращивали потерянные в бою глаза. Щека была сплошь покрыта глубокими шрамами, похожими на рубцы от когтистой лапы хищного зверя. Старуха сипела, редко вдыхая спёртый воздух. Эльва обрадовалась Джессике.
— Вот молодец. Хорошо, что ты пришла. Чертовке удалось провести старую Эльву. Она заманила меня сюда, я случайно ударила ножом Геклу. Послушай, я не всё тебе рассказала. У той, которую мы называли Луной, нас было двое… Гекла, она мне почти как сестра… понимаешь…
— Хватит! Я всё знаю. Лучше скажи мне, как спасти брата.
Эльва с удивлением посмотрела на неё. Но Джессика упорно твердила:
— Скажи. Мне. Как. Спасти. Брата!
Гекла зашевелилась на своём каменном ложе. Мерзким, лающим хрипом она заговорила:
— Твой братец сдох. Я убила его своим клинком, чтобы принести в жертву ужасному Урдорху.
Она засмеялась, смех быстро перешёл в кашель. Джессика ничего не понимая, смотрела на Эльву.
— Что она говорит? Как мне спасти брата? Где он?
Эльва пыталась её успокоить.
— Джессика, послушай. Всё слишком сложно. Мне нужно время, чтобы объяснить.
Гекла снова заговорила:
— У Розалин и духу бы не хватило на этот эксперимент. Эльва тоже всегда была порядочной трусихой. И только я посмела сделать это. Я знала, Джессика, что ты придёшь рано или поздно. Я видела тебя в ту ночь в машине с матерью. В твоей душе уже тогда цвела ведьма, что сможет отправить ненавистную Розалин в мир вечной скорби. Я заманила твоего братца в чащу, я же и спасла его после недели скитаний. А теперь он мёртв. Жаль, конечно. Ну да и пёс с ним. Тебе суждено погубить Розалин, иначе ты станешь её вечной рабыней.
Джессика начала трясти Эльву, заливаясь слезами:
— Ты знала об этом? Знала?
Эльва клялась, что услышала об этом лишь сегодня, в беседе с Геклой. Отшвырнув Эльву в сторону Джессика ринулась к раненой старухе.
— Нет, умоляю. Джессика… дитя! Ты не понимаешь, что сейчас натворишь. Гекла поселится в твоей душе и поглотит тебя изнутри, поверь. Она мечтает, чтобы ты её…
Гекла гаркнула на Эльву.
— Заткни свой поганый рот, дура. С минуты на минуту сюда явится Розалин. Нам не справиться с ней.
Теперь уже Эльва накинулась на Геклу, нанося пощёчины и удары. Лишь пару минут спустя, задыхаясь от злобы, она остановилась, чтобы перевести дыхание.
