Но все краны были выключены, а трубы целы. Позже обнаружилось, что у бедолаги сработала пожарная сигнализация. Пока они разбирались, подлетела красная машина с лестницей и брандспойтом. Когда суета улеглась, Фелпс посмотрел на Джессику, намереваясь что-то сказать, но она опередила его.
— Убирайтесь прочь!
Он опешил.
— Что я вам сде…?
— Я сказала — убирайтесь прочь!
Фелпс не на шутку разозлился. Он хлопнул дверью и с грохотом спустился по лестнице, растолкав пожарных в разные стороны.
Эльва была явно не в духе.
— Где тебя носило? Что с книгой?
Джессика огрызалась. Она не могла понять, чем вызвана такая бурная реакция старухи.
— В чём дело? Поиски продолжаются, а насчёт носило — ваш Дарвин завалил меня заданиями и тренировками. Сами же говорили — не являться, пока не обучусь…
— Девчонка. Не перечь! Слышишь, не перечь мне! Розалин откуда-то узнала про наши приключения. Порталы схлопываются один за другим. Нужно ускоряться. Нужно убивать её приспешников в прошлом, всех до одного. Если не ослабить эту мерзость — Розалин расправится с нами при первом же поединке.
— А когда состоится поединок?
Эльва вспыхнула.
— Ты действительно так глупа? Это не чемпионат мира по боксу! Поединок случится неожиданно. Ни мы, ни Розалин скорее всего не будем к нему готовы. Чем дольше его не будет, тем лучше для нас.
— Но мой несчастный брат…
Эльва схватила Джессику за руку и потащила в подвал. Лишь плотно захлопнув дверь, она позволила шёпотом продолжить беседу.
— Т-с-с-с! Разве ты не видишь, что Розалин нащупала твоё слабое место. Она ведёт тебя к погибели. Если ты проиграешь, брата уже не спасти. Ты и сама станешь пленницей проклятой чертовки. Читай.
Она сунула в руки Джессики Magna Venari. Джессика вернула книгу назад.
— Читай сама!
Эльва снова вложила золотисто-изумрудную малютку в её ладонь.
— Умоляю читай.
— Но почему я?
— Я же тебе говорила, что не могу. Розалин отследит меня по…
— Значит ты хочешь, чтобы она отследила меня? Так?
Эльва, беснуясь, затопала ногами.
— Посмотри сюда, — она схватила Джессику за руки, — видишь. Чисто. Розалин не видит тебя. Либо не считает опасным соперником.
Джессика ничего не видела.
— Где гарантия, что ты не подставляешь меня?
— Проклятая упрямица. Я навожу заклятие, я делаю всю чёрную работу. Если Розалин разыщет нас — всему конец. Мы обе погибнем в неравном бою. Пойми, твоя гибель обойдётся мне намного дороже, чем тебе. С тобой — у меня есть ничтожный шанс победить. Без тебя — я обречена. Думаешь, я зря бросила сундук с книгой и скрылась в панике? Если бы я могла победить без твоей помощи — давно бы это сделала.
— Но ведь ты даже не знала, что я появлюсь в твоей жизни.
Эльва схватила Джессику за голову и притянула её к себе. Джессика невольно вдохнула запах немощи и старости, исходящий от серой кожи старухи.
— Можешь мне не верить. Я никогда не боялась Розалин. Но с той поры, как появился шанс — боюсь. Боюсь упустить возможность расквитаться с проклятой тварью.
От злости Эльва заскрежетала зубами.
— За что расквитаться?
— Я расскажу. Но потом. Сегодня благостный день. Нам нельзя его упускать. Портал стал крайне нестабилен. Если он разрушится — я уже не смогу его восстановить.
Джессика злобно начала листать Magna Venari.
— Хорошо. Я прочитаю книгу. Я пойду с тобой на охоту. Но и ты расскажешь всю правду. До конца.
Эльва растроганно погладила Джессику по руке. Две слезы скатились по её левой щеке. Правый глаз остался сухим. Найдя нужное место, Джессика принялась читать вслух:
Тридцатое апреля, 1455. Будапешт.
Не дожив месяца до своего семидесятилетия скончался почтенный игумен Штепан. Всю ночь и день я молился о его светлой душе. А следующие дни посвятил бумагам, душеприказам и ларцу, завещанному мне, как своему преемнику.
Я прочитал про грешницу Розалию. Прах её развеян в деревушке Чахтице. Братья по вере из далёкого монастыря до конца жизни не забывали Отца Штепана и слали ему письма. Приход ширился, всякое случалось. Но призрак ведьмы больше не беспокоил мирный люд. У отца Штепана хватало забот и без этого порождения сатаны. Долго ещё будет слышаться во сне голос моего наставника. Мир его праху, а я присягаю на верность Комиссии и принимаю на себя бремя служения.
Дьякон Якуб (крещённый, как Иоанн)
— Назначен новый Кавалерье. Никакой зацепки. Читай дальше.
Декабрь, 1473. Будапешт.
Ночью от горячки скончался брат во Христе, Якуб. Он готовил меня в свои преемники. Надеюсь, что хватит сил выдержать это бремя. Завтра отец-настоятель утвердит меня в моем служении.
Послушник Властимир (крещённый, как Лука)
— Двадцать лет эта мерзавка где-то таилась. Дальше.
Февраль двадцатое, 1474. Будапешт.
