Всё это боестолкновение длилось не короткое время, а был полноценный бой, с эвакуацией раненых под огнем. Российские десантники бились достояно, и никто из них не бежал с поля боя. Украинская боевая техника, участвовавшая в бою, была уничтожена ответным огнем.
Кто планировал проход этой колонны серьезно просчитались, это понятно даже далекому от воинской службы человеку. Но также понятно, что по-другому, в условиях приказа от вышестоящего командования о запрете стрелять в сторону гражданских лиц было нельзя. Ну, и самое главное, ни у одного здравомыслящего человека не закралась бы мысль о засаде в густонаселенном жилом районе. То есть если речь идет о боевиках или террористах, то такая тактика приемлема и объяснима, им то на «мирняк» плевать. Но здесь речь о вооруженных силах страны, которые по логике должны этих самых мирных жителей своей страны защищать и не подвергать опасности. То есть если засада в лесу на пустынной дороге — то это нормально, это по правилам, это привычно. А если засаду устроили в секторе жилой застройки, где из домов не выведены люди, то от огня, взрывов, осколков и пуль погибнет мирных граждан больше, чем российских солдат.
Где тут логика? Зачем ВСУ так делают? Им, что совсем плевать на своих граждан? Ну, допустим плевать, но ведь у погибших гражданских, кто-то ведь может в данный момент находиться в рядах ВСУ! Как может нормально служить солдат в армии, понимая, что в его дом может прилететь снаряд, выпущенный из украинского танка. Бред! Чистой воды бред, а не война!
Мы заходим в страну, где граждане настолько одурманены чуждыми логике и здравого смысла идеями, что готовы принести в жертву своих малолетних детей и стариков, чтобы убить несколько российских солдат.
С каждой минутой я понимаю, что это война продлится долго, а по своей жестокости и кровожадности она переплюнет все войны, который были на континенте с времен Второй мировой войны.
Сейчас мы с Барановым и приданными к нам десантниками едем к занятому российскими войсками населенным пунктам: Гостомель, Буча и Ирпень. Там мы будем работать: снимать материал для командования ВДВ. Будем не только брать интервью, делать фото и снимать видео. Надо еще поработать с местным населением, чтобы по возможности настроить их как можно лояльнее к российским военным. Работы будет много, причем, как и в Харьковской области в условиях, агрессивно настроенной вокруг нас украинской гражданского общества.
Экипаж бронемашины: командир-стрелок старший сержант Игорь Евсигнеев, водитель-механик рядовой Артем Муразов. Десантники, приданные нам: два бойца — расчет АГС-40: рядовой Егор Старицин и сержант Никита Анциперович и два сержанта Дмитрий Ляшин и Роман Серпухов. Оба сержанта были обучены работе с пулеметом, собственно говоря, за этот навык их нам и дали. И экипаж машины, и десантники, все были из ВДВе, подписавшие свой первый контракт и отслужившие по нему — год. Молодые парни, самому старшему Анциперовичу — двадцать два года, самому молодому Муразову — двадцать лет. Ни у кого из них не было боевого опыта, но зато, как я просил у их командования, чтобы они были мотивированные и патриотично настроенные. Таких и дали, впрочем, в ВДВ, особенно в гвардейских частях других и не держат. А то, что боевого опыта нет, так это не страшно, его они быстро наберутся.
Видно было, что пацаны боятся, но не так, чтобы паника и ужас на лицах, а нормальный такой страх — рабочий, какой и должен быть у любого человека, впервые попавшего в зону боевых действий.
— Сань, по ходу, на нашу колонну хотят засаду устроить, — озабоченно хмурясь и водя пальцем по экрану смартфона сообщил Гэбэ. — В чатах Бородянки сотни сообщений, что местные готовятся к встрече нашей колонны.
— Бородянка? — переспросил я, открывая «карты» в смартфоне.
— Ага, — кивнул Баранов. — Мелких городишко состоящий из одной улицы, вдоль которой застройка многоэтажек и частный сектор.
— Ясно. Сейчас свяжусь с капитаном и сообщу ему, пусть вызывает авиацию, да разносит к херам собачьим всё там.
Наша колонна сейчас вопреки приказу стоит без движения вдоль обочины дороги. Машины тарахтят работающими движками, расходуя горючку на холостых оборотах. Небо затянуто темными, снеговыми тучами и это дает слабую надежду на то, что в воздухе не висят украинские беспилотники, способные навести артиллерию на такую лакомую цель, как армейские грузовики и полдюжины легкобронированных бронемашин.
Мы остановились, потому что надо держать военный совет. Когда я сообщил капитану Измайлову, что в городке Бородянки, через который должна проехать наша колонна нас ждет засада, то он тут же связался со своим непосредственным командиром и доложил ему об опасности.
