Теория Зефира о двойниках в организации и том, что, объединившись, двое смогут легко перевернуть мир сбывалась. Но он сам отказывался верить. Для того было всего две причины: он не понимал, как Австер мог не посвятить его в свои планы, и не мог осознать идею Памперо до конца:
– И... зачем вы это сделали? – спросил он, – Зачем уничтожать Общество?
– Потому что с нами люди будут вечность топтаться на месте.
– Без нас они могут сами себя уничтожить!
– И? – произнесла козочка холодно, – Это их ответственность. Если с подаренной свободой они устроят армагеддон это их ответственность. Если построят новое тайное мировое правительство это будет их вина. Если смогут пересилить человеческую природу и перерасти самих себя это будет их заслуга. Хватит уже контроля и манипуляций. Все свободны.
– Но Мауи уже посеял хаос...
– Он сделал за нас большую часть работы. Мы убрали тех, кто не будет способен жить свободно и не попытается снова установить власть над людьми. А он разрушил системы, которые мы выстроили в своих вотчинах. Из хаоса и разрушения в любом случае родится шедевр, а всё старое отомрёт... Мауи в том числе, Феликс уже направляется к нему.
– Я должен его остановить...
– Не стоит. Во-первых, он уже взрослый мальчик. Во-вторых, я всё-таки считаю умным и тебя. Именно поэтому я решила, что и ты будешь достоин освобождения. А потому не делай глупостей, чтобы Хамсин не решила иначе. Я попросила её проследить, чтобы никто не предал моего доверия, особенно это касается тебя и Вань-Шеня. Когда я улечу в свой безлюдный уголок свободы, я не хочу, чтобы мне пришлось возвращаться из-за того, что кто-то из вас осмелеет и решит вмешаться в развитие цивилизации.
– И... что ты предлагаешь мне делать? Я ничто без Общества...
– Ты возился с девочкой... Бафомет, кажется? Вот и расти её как дочь. Хамсин тебе поможет. Правда, Хамсин?
Гиена кивнула:
– Мы воспитаем её как настоящую воительницу. Она будет достойна нового человечества.
– Если человечество ещё будет... – сказал Зефир.
– Не переживай обо "всех". – произнесла Памперо, – Децелераторы сами себя уничтожат. И когда они вымрут, останемся мы.
---
И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие и за свидетельство, которое они имели.
И возопили они громким голосом, говоря: доколе, Владыка Святый и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу?
И даны были каждому из них одежды белые, и сказано им, чтобы они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число.
---
Уже на следующие сутки, Феликс сидел за стойкой довольно скромной пивной, в которой ныне всё было перевёрнуто: и стулья, и столы, и стеллажи. Пол устилали бесконечные стеклянные осколки и разводы от пролитых напитков. В закрытых жалюзи окнах, виднелись множественные отверстия от пуль. Через них ещё не зашедшее солнце пробивалось внутрь почти не освещённого помещения.
Передо ним стояла кружка с чёрным кофе. Рядом с лисом, на высоком стуле, сидел Мартин. А уже рядом с ним стоял радиоприёмник, по которому то и дело звучали обрывки панических радиосводок с театра военных действий. Каждая из них была свидетельством того, о чём ему говорил Йозеф.
Ещё одно свидетельство, в лице белого кролика по имени Реджи, вошло в разгромленный зал также бесцеремонно, как пару часов назад танки ГДР вошли в Западный Берлин. Он находился в окружении доброго десятка агентов Штази, что были все как один в неприглядных гражданских тренчах, квадратных солнцезащитных очках и кожаных кепках. Ещё они были вооружены MP5 и настроены крайне серьёзно.
Конечно, Феликс уже не боялся того, что они могут пустить свои пистолеты-пулемёты в дело. По большому счёту, агентам теперь это было ни к чему. Реджинальд "победил", не сделав в сторону Феликса ни единого выстрела. Тот пришёл к нему сам. Сияя своей победой, Мауи спешил поделиться этим успехом с Феликсом же.
Он сел рядом, взял его кружку, отхлебнул из неё кофе и похлопал лиса по спине:
– Замечательная партия вышла, не правда ли?
– Не знаю, что и сказать. – ответил я, – Сколько времени у нас осталось?
– Согласно моему плану... – он посмотрел на массивные наручные часы, смешно смотревшиеся на его тонкой белой ручке, – Около семи часов. Едва ли потребуется больше. В общем, времени ровно до полуночи.
– Да... Ты любитель символичности, не правда ли?
– Ещё бы! – Реджи снова довольно отхлебнул из лисьей кружки, – Не хочешь попробовать успеть?
– Куда? В Вашингтон? В Москву? В Париж? Даже если мы представим, что самолёт, который мне ещё надо найти, сможет довезти меня быстрее, чем за пару часов до любого из этих мест, разве я успею везде? Кроме того, я даже не могу представить, как мог бы всё исправить. У меня закончились планы.
– Ну, пожалуй, что так. Теперь и не зачем создавать новые. Я всё уже сделал. Всё, что должен был сделать ты. Поэтому мы можем просто расслабиться и... ну, например послушать твою версию всех этих событий.
– Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе о том, как проиграл в этой чёртовой глобальной игре?