Молот Люцифера полностью

Прочие тоже повернули доски. Гил видел их впереди и позади, беспорядочно разбросанных по бутылочно-зеленому склону. Кори свернул не туда. Он пронесся рядом с дикой скоростью, дико перепуганный.

Их несло к суше, подняв гораздо выше берега. Санаторий, пирс Санта-Моники с каруселью, яхты, пришвартованные на якоре, – все мгновенно ушло под воду.

Серфингисты смотрели с высоты на улицы и машины. Гил мельком увидел внизу бородатого мужчину, стоящего на коленях и еще каких-то людей рядом с ним. Потом вода скрыла их. Подножие волны превратилось в бурлящий хаос: белая пена, стремительные водовороты обломков, изуродованные трупы, кувыркающиеся автомобили.

Под Гилом был бульвар Санта-Моники. Волна перекатилась через торговый центр, загрохотала и смела со своего пути прилавки, куски стен, тела продавцов и покупателей, сломанные деревья и мотоциклы. Она захлестнула дома, и парень приготовился к столкновению, пригнулся пониже. Доска ударила его в ступни и едва не выскользнула из-под ног. Он увидел, как вода захлестнула Томми Шумахера: тот исчез, а его доска подпрыгнула и бешено закрутилась.

Теперь остались всего две доски.

Пенящийся гребень был высоко над ним, хаос у ее основания – гораздо ближе. Ноги страшно затекли, мышцы ныли, силы были на исходе. На поверхности виднелась уже одна доска – впереди и ниже, чем Гил. Чья? Не имело значения: она нырнула в пену и сгинула.

Он рискнул и быстро оглянулся. Никого. Он выжил – на громадной волне.

Господи, если он выкарабкается и расскажет эту историю, какой можно будет сделать фильм! Круче «Бесконечного лета» и «Ада в поднебесье». Чумовое кино со спецэффектами на десять миллионов! Если только ноги не подведут! Он и так побил все рекорды, его наверняка занесло не меньше, чем на милю в глубь материка, никто никогда не держался на волне целую милю! Но пенный загнутый гребень замаячил над головой, а на Гила стремительно мчался тридцатиэтажный «Дом Баррингтона»…

От кометы остались лишь жалкие крохи. Пара горстей летящих глыб заледенелой грязи. Гравитационное поле Земли разбросало их по небу. Возможно, обломки и вернутся когда-нибудь в гало, но им никогда не воссоединиться вновь.

На поверхности планеты зажглись кратеры. Когда какой-нибудь обломок попадал в воду, вспышка была столь же яркой, как и при соударении с сушей. Но раны, нанесенные океану, становились все менее значительными. Вокруг кольцом вырастала водяная стена.

Один удар пришелся в Тихий океан. Волна вокруг гигантской вмятины взметнулась вверх на две мили. Она бурлила по краям. Давление расширяющегося перегретого пара отталкивало ее назад.

Колонной матового стекла поднялся раскаленный пар. Он нес с собой соль из выпаренной морской воды, донный осадок и частицы врезавшегося в океан обломка. Достигнув границ земной атмосферы, колонна начала расплываться, превращаясь в расширяющийся водоворот.

Мегатонны пара медленно остывали. Вокруг пылинок и крупных частиц начала конденсироваться влага. Из этих образований выпадали более тяжелые шарики все еще горячей жидкой грязи. Падая, некоторые из них сливались.

Оказавшись в нижних слоях атмосферы, где царил сухой воздух, часть воды испарялась.

Магазин, где продавались телевизоры, оказался закрыт. И не откроется еще в течение часа. Хамнер кинулся на поиски – бар, парикмахерская, что угодно, лишь там был телик, – но ничего не нашел.