Второй чернокожий мэр Лос-Анджелеса. Он всегда выбирал беспроигрышный вариант: высокий, сильный и одет, как одеваются успешные юристы, ведь прежде он и работал по юридической части – до того, как занялся политикой. Было заметно, что он смешанной крови, а еще он не скрывал своей образованности. Но Бентли не собирался показывать свое превосходство. Он вполне мог довольствоваться тем, что имел: фактически сейчас он находился в отпуске, а в одном престижном частном университете за ним была закреплена постоянная должность.
– Документальный фильм, мистер Рэндолл? – спросил мэр, поставив свои инициалы на докладной записке и положив ее в ящик для исходящих сообщений.
– Нет, сэр, – ответил Ким. – Вечерние новости.
– Чем могу быть полезен? – произнес Бентли.
– Сейчас мы отвлечемся от документалистики, – сказал Харви. – Новостное вещание, причем по всем каналам. О том, как руководство нашего города готовится к «часу икс», когда комета Хамнера – Брауна
– Все каналы? – уточнил Джонни.
– Да.
– Не было ли здесь оказано небольшое давление? – продолжал Ким. – Скажем, из некоего дома на Пенсильвания-авеню?
– Возможно, – сознался Харви.
– Главный хочет позитива, – вымолвил мэр. – В общем, когда произойдет встреча с Порцией Мороженого, будьте спокойны и сохраняйте хладнокровие.
– Полакомимся уже во вторник на следующей неделе, – отозвался Рэндолл. – Да, сэр…
– А если я заору «Караул!»? – проговорил Аллен. Глаза его блестели: он развлекался. – Или заявлю: «Братья, вот ваш шанс! Мочите белых! Хватайте свое, потом уж так не повезет!» А?
– Фигня! – усмехнулся Харви. – Кроме того, все просто хотят засветиться в выпуске вечерних новостей.
– А у вас самого никогда не бывало подобных побуждений? – спросил Бентли. – Вы ведь понимаете, иногда возникают непреодолимые… позывы, которые, если поддаться им, могут в корне изменить вашу жизнь. Например, желание облить жену декана мартини. Что, могу добавить, я однажды и сделал. Уверяю вас, нечаянно, по чистой случайности, но сами видите, куда это меня привело.
Теперь Харви по-настоящему встревожился, а мэр широко ухмыльнулся:
– Не беспокойтесь, мистер Рэндолл. Моя теперешняя работа мне по душе. Как и любая занятость в каком-нибудь более солидном учреждении где-нибудь восточнее… – Его голос затих.
Ни для кого не являлось тайной, что мэр не прочь стать первым чернокожим президентом США. Некоторые серьезные политики считали, что лет через десять с небольшим он своего добьется.
– Я буду паинькой, – продолжал Аллен. – И в тот день каждый из моих сотрудников должен присутствовать на своем рабочем месте, впрочем, как и я сам. Вообще-то я отсижусь здесь, но им скажу, что буду вон там, – ткнув пальцем в сторону парадного кабинета, добавил он. – Полагаю, мои топ-менеджеры подадут такой же пример своим подчиненным. И, вероятно, я умолчу о том, что не оторвусь от цветного телевизора… будь я проклят, если пропущу такое зрелище!
– Программа не изменится, хотя запланированы перерывы на световое шоу, – сказал Харви.
Мэр кивнул:
– Разумеется. – Лицо его сделалось серьезным. – Между нами говоря, я слегка встревожен. Слишком много людей уезжает. Вам известно, что почти все трейлеры – из тех, что сдаются напрокат, – уже разобраны? За неделю. И мы получили массу заявлений об отпуске от полицейских и пожарной охраны. Отдыхать их никто не отправил. В день появления Порции Мороженого даже отгулы отменяются.
– Боитесь, что начнутся грабежи? – спросил Рэндолл.
– Не настолько, чтобы объявить об этом во всеуслышание. Но, признаюсь, что – да, – заявил Бентли. – Дома, оставленные хозяевами без присмотра, сами понимаете… Но мы справимся. Если ваши люди уже пришли, давайте начнем. Через полчаса у меня совещание с начальником штаба гражданской обороны.
И они перешли в официальный кабинет.
Машин на Беверли-Глен было немного. Даже мало, если учесть, что уже наступил вечер четверга. Харви ехал по трассе и широко улыбался.
«Ох и сюжет у меня, – думал он. – Допустим, я больше ничего не сниму, но и в таком случае мой фильм будет сенсацией. Оказывается, многие миллионы людей не просто считают, что мир идет к гибели, нет, они
Абсурд, но людские желания часто бессмысленны, и данный факт ничуть не беспокоил журналиста.
А сверх того – очередной великолепный сюжет для дня, следующего за тем, когда мир не погибнет. И какое хорошее название для бестселлера. Естественно, тотчас объявится с тысячу писателей, которые устроят кучу-малу, стараясь пробить свои произведения в печать. Хлынут книги с названиями вроде «Страх», «День, когда мир не погиб» (Харви ухмыльнулся), «Гора, ты не раздавишь меня?» и так далее.
Кое-какие радиостанции уже круглосуточно транслируют религиозные песнопения, пророчащие бедствия, а проповедники, предвещающие конец света, устроили чес по стране.
