Вот в чем состоит торжественный способ заключения союза с дьяволом; другой – частный – происходит различным образом. Именно: иногда демон является к мужчинам или женщинам, которые переживают телесное или временное огорчение; иногда – видимо, иногда он говорит с ними через посредников; если они выражают желание поступать согласно его совету, то он обещает, что все будет к их желанию и удовольствию. Как уже говорилось в первой главе, он начинает с малого, чтобы постепенно привести их к большему. В подтверждение этого мы могли бы привести многочисленные дела и случаи из нашего опыта инквизиции, но так как этот вопрос не вызывает никаких затруднений, то, стараясь быть краткими, мы переходим к дальнейшему объяснению.
При объяснении приносимой демону присяги нужно принять во внимание еще кое-что.
Относительно того, что дьявол принимает присягу, нужно иметь в виду, по какой причине и как различно он это делает.
Во-первых, хотя дьявол делает это главным образом для того, чтобы еще более оскорбить Божеское величие, присваивая себе творение Божие в целях большей уверенности, что оно впоследствии будет осуждено, к чему он и стремится, однако мы часто находили, что подобную клятву он принимал с обетом на известный ряд лет, а иногда лишь обет, клятву же на определенные годы отменял.
Мы должны сказать, что обет состоит в полном или частичном отрицании веры. Полное отрицание, как сказано выше, когда вера отрицается в целом; частичное – когда в силу заключенного договора приходится соблюдать некоторые обряды, противные правилам Церкви, например по воскресным дням поститься, по пятницам есть мясо, скрывать некоторые преступления на исповеди и тому подобное. Клятва же состоит, мы можем сказать, в том, чтобы предать ему тело и душу.
Почему подобное делается, на это мы можем указать четыре причины со стороны дьявола. Если, как выяснено в первой части, очевидно, что в глубину сердец проникнуть он не может, потому что это доступно одному Богу, предположительно, однако, он добивается познания их, как это будет скоро выяснено ниже; поэтому, коль скоро он замечает, что испытуемая им послушница с трудом поддается соглашению с ним, он ласково приступает к ней, требуя немногого, чтобы постепенно довести ее до большего.
Вторая причина: так как между отрекающимися от веры имеется различие, потому что одни отрекаются устами, другие – устами и сердцем, то дьявол, желая испытать, предаются ли ему столько же сердцем, сколько на устах, определяет известный ряд лет, чтобы за это время испытать их на словах и на деле.
Третья причина: если через известный промежуток времени он узнает, что она не готова добровольно выполнить какой-либо поступок и принадлежит ему только устами, но не сердцем, охраняемая по Божию милосердию добрым ангелом, о чем демон может знать по многим признакам, тогда он старается понудить ее к падению, подвергая временным огорчениям, дабы так или иначе, путем отчаяния, иметь возможность извлечь пользу для себя. Истинность сказанного ясна, если спросить, в чем причина того, что некоторые ведьмы, несмотря на какие угодно, даже самые мучительные пытки, не сознаются ни в чем, тогда как другие при допросе легко признают все свои преступления. Равно также, почему некоторые, после того как сознались, стараются покончить жизнь самоубийством. На это можно сказать: если не содействует через посредство святых ангелов Божеское внушение тому, чтобы ведьмы были принуждены сознаться в истине и избежать преступного молчания, то тогда это происходит при помощи дьявола, что обычно и бывает: или молчание, или признание преступлений. Первое случается с теми, которые, как дьявол знает, отреклись от веры сердцем и устами и таким же образом дали ему клятву в верности; в их постоянстве он уверен, тогда как, наоборот, других он оставляет без защиты, так как знает, что они ему малополезны.
Опыт часто нас учил, и из признания всех тех, которых мы сжигали, ясно было, что они не добровольно совершали колдовские поступки; в этом они признавались не в надежде освобождения, так как истина обнаруживалась благодаря ударам и побоям, полученным ими от демонов, когда они не слушались их указаний; очень часто лица их можно было видеть опухшими и синеватыми.
