Обо всем этом мы говорили для того, чтобы никому не представлялось невозможным, что некоторые могут через ведьм и по их наущению становиться одержимыми. Мы приведем один пример. Во времена папы Пия II, перед поступлением на должность инквизитора, с одним из инквизиторов, пишущих эту книгу, произошел следующий случай: некий чех из города Дахова привез своего сына, священника, одержимого злым духом, в Рим для излечения. Один из пишущих эту книгу встретился с ними обоими за трапезой в гостинице. Во время трапезы, разговаривая с соседями, отец часто вздыхал и выражал свое желание, чтобы Бог помог ему добиться успеха в излечении сына. Полный сострадания к отцу, я начал допытываться о причине поездки и его печали. На это отец отвечал, говоря через голову своего сына, сидевшего между мною и им: «Ах, мой сын одержим. Я привез его сюда для излечения, невзирая на все затруднения и издержки». Я спросил тогда, где же этот сын, отец указал мне на моего соседа по столу. Я внимательно посмотрел на него. Он чинно и скромно вкушал пищу и быстро отвечал на все вопросы. Я начал сомневаться и выразил мнение, что он совсем не одержим, но страдает последствиями какой-либо болезни. Тогда сын сам рассказал о своей болезни и о том, как и когда он стал одержимым. «Некая женщина, некая ведьма, – начал он, – навела на меня эту порчу. Когда я как-то стал ее бранить за ее возражения по поводу церковных распорядков и обошелся с ней слишком резко, так как она была очень упряма, она мне ответила, что я через несколько дней увижу, что со мною станет. Бес, вселившийся в меня, говорит, что ведьма положила какой-то околдованный предмет под неким деревом и что, пока этот предмет не будет удален, я не смогу оправиться. Но бес не хочет указать этого дерева». Я не отнесся бы с доверием к его словам, если бы у меня не было опыта. Я его спросил, при каких обстоятельствах наступает одержимость. Он ответил: «Я лишаюсь способности здраво мыслить лишь тогда, когда я начинаю думать о Божественных вещах или посещаю святые места. Бес, вселившийся в меня, сказал мне, что он никоим образом не допустит меня проповедовать народу, так как мои проповеди бесу очень не нравятся». Его отец утверждал, что он был хорошим проповедником. Будучи инквизитором, я решил сопровождать его в течение пятнадцати дней и больше по всем святым местам, чтобы узнать болезнь подробнее. Когда мы посетили церковь Святой Девственницы Пракседии, где находится часть мраморной колонны, к которой был привязан Спаситель во время бичевания, и то место, на котором был распят апостол Петр, то при произнесении там церковных заклинаний бес испускал ужасные крики и уверял, что он выйдет. Одержимый оставался образованным, скромным священником, когда его не подвергали экзорцизмам. Одержимость в нем можно было наблюдать и тогда, когда он проходил мимо церкви и преклонял колени для приветствия славнейшей девы. В этот миг дьявол высовывал свой язык изо рта одержимого, и на вопрос, поставленный больному, не может ли он от этого воздержаться, он отвечал: «Я никак не могу противиться этому. Бес владеет всеми моими членами и органами – горлом, языком и грудью, чтобы говорить и кричать, когда ему захочется. Я слышу слова, которые он через меня говорит. Но я не могу ему сопротивляться. И чем благоговейнее прислушиваюсь я к проповеди, тем упрямее мучит он меня и при этом высовывает язык».
В церкви Святого Петра имеется одна колонна, доставленная туда из храма Соломона. Чудодейственная сила этой колонны давала неоднократно исцеления от одержимости, так как Христос при проповеди в храме Соломона опирался на нее. Я хотел испытать, не удастся ли помочь больному там, но и это не помогло. Неисповедимые пути Господни указали другой путь исцеления. Несмотря на то что одержимый пробыл весь день и всю ночь привязанным к указанной колонне, злой дух ни за что не хотел его покинуть. На следующий день, после прочтения разных экзорцизмов в присутствии столпившегося народа, нечистый был спрошен, на какую часть колонны облокотился Христос. В ответ на это он ухватился зубами за нее и, завывая, воскликнул: «Здесь стоял Он! Здесь стоял Он!» Но выходить из больного бес упорно отказывался. На вопрос, почему он отказывается, им был дан ответ: «Из-за Ломбардов». Спрошенный о причине этого заявления, он ответил по-итальянски: «Все делают так и так», причем он назвал отвратительнейший порок распутства. После этого священник спросил меня: «Отче, что обозначают те итальянские слова, которые бес только что произнес моим ртом?» Когда я ему дал объяснение, он сказал: «Слова я слышал, но не мог их понять». Как потом оказалось, этот вид одержимости мог быть излечен только постом и молитвою, согласно словам Спасителя в Евангелии: «Этот вид бесов ничем иным не изгонится, кроме как постом и молитвою». Один епископ святой жизни, который был изгнан турками из своей епархии, избавил его, Божьей милостью, от недуга и отпустил его радостным на родину, после того как провел с ним всю Четыредесятницу на воде и на хлебе, в посте и молитве.
