— Прежде всего карты с точечными наколами и лопатка, которой, очевидно, пользовались в Шиловичском лесу, — сказал Алехин, нагибаясь. — Портсигар имеет несомненное сходство с похищенным у Гусева… Вот посмотрите…
Поляков не стал смотреть и в руки не взял ни карты и документы, ни портсигар и лопатку, проворно поднятые с плащ-палатки Алехиным и Таманцевым.
— Давайте все это в кабинет начальника отдела! — взглянув на часы, с недовольным видом распорядился он. — О попытке его задержания и обстоятельствах самоубийства напишите подробный рапорт. Если успеете, восстановите в документах и свои действия за предыдущие двенадцать суток. Для розыскного дела — в нем сегодня будут обнюхивать каждую запятую!.. Так не ходи, — он ткнул пальцем в пятно крови на гимнастерке Таманцева, — переоденься!
И торопливо полез через борт.
Он вернулся как раз вовремя. Горбоносый капитан выскочил прямо на него в коридор и сообщил:
— Товарищ подполковник, — Москва! Генерал-лейтенант… Скорее!..
<p>66. ОПЕРАТИВНЫЕ ДОКУМЕНТЫ</p>ЗАПИСКА ПО «ВЧ»«Срочно! Егорову
Для поддержания круглосуточно высокой работоспособности личного состава оперативно-розыскных групп, действующих по делу «Неман», главным невропатологом Красной Армии рекомендовано применение тонизирующего препарата «кола» из расчета по одной полуграммовой таблетке каждые четыре часа.
Соответствующее распоряжение начальнику медико-санитарного управления фронта уже передано.
Под Вашу личную ответственность предлагается обеспечить немедленное получение 80.000 доз препарата с военно-медицинских складов фронта и снабжение им личного состава всех оперативно-розыскных групп.
Исполнение проконтролируйте и донесите.
Колыванов».
ЗАПИСКА ПО «ВЧ»«Весьма срочно! Егорову
Вчера, 18 августа 1944 года, в 20.35 в расположение 2-го батальона 984-го полка, занимающего оборону северо-западнее Лазы на правом фланге 618-й стрелковой дивизии, прибыли трое офицеров — майор, капитан и старший лейтенант — с секретным предписанием
Раз веду правления фронта. За час до того командир батальона капитан Сипягин был предупрежден о их появлении по телефону начальником разведывательного отделения дивизии, и ему было предложено оказывать прибывшим содействие.
С наступлением темноты после ужина в землянке командира батальона майор, капитан и старший лейтенант надели привезенные с собой из штаба дивизии маскхалаты, взяли оружие и, сопровождаемые командиром разведвзвода Героем СССР[56] лейтенантом Верещака и отделенным сержантом Баркуновым, прошли по траншеям батальона, а затем ползком перебрались в окоп боевого охранения, предупредив, что пробудут там до смены, т. е. до 6.00. Ничего подозрительного в их поведении и разговорах не отмечалось.
