– Ты совсем охренел, ты что творишь, придурок?! – Кричала мне Катя, пытавшись пробиться сквозь живую «ограду» ребячьих тел.
Я просто смотрел на нее, на лежавшего Юрчика, лицо которого было большей частью залито кровью. Он кашлял и кряхтел, пытавшись подняться при помощи своей компании. Кровь стекала у него из носа и рта густыми линиями, я не мог дальше смотреть, мне стало противно… Я потрогал свое ухо, свою челюсть, ощущая в них боль, но по большей части, пытаясь показать жестами и выражением лица, что мне тоже досталось, и достаточно больно.
Моя первая настоящая драка прошла в тринадцатилетнем возрасте, я не ощутил никакого морального и физического удовлетворения, в отличие от последующих… Я ощущал жалость к себе и своему оппоненту, меня изъедало в этот момент чувство внутренней подавленности, словно меня поставили в угол перед всем учебным классом и, приводя в пример ненадлежащего поведения, отчитывали перед ним же.
– Извини, он же сам первый начал, – пытался оправдаться я, направившись в сторону Кати.
– Остынь, дружище, ты правильно все сделал. Пойдем. – Перехватил мое направление движения Камиль.
– Пошел на хуй отсюда, придурок! – Услышал я в свой след.
Пожалуй, это был первый момент в моей памяти, начиная с которого я так и не смог окончательно понять психологию поведения женщин…
Когда я возвращался домой в сопровождении Камиля, меня пугал вопрос, который мне наверняка предстояло услышать от мамы: «Откуда на твоей футболке эти пятна?». Я боялся, что если скажу ей правду, то мои прогулки с дворовой компанией закончатся, и мне придется довольствоваться только времяпрепровождением с двоюродным братом. Поэтому, мой мозг усиленно работал над тем, как бы придумать убедительную отговорку, и ничего другого, кроме как вишневых пятен я не подобрал.
– Ты где был? Уже успел новую футболку извазюкать? – Прозвучал мамин вопрос.
– Гулял с Камилем, мы за вишней просто лазили, – соврал я.
– Тебе что во дворе ее мало? Получишь солью по жопе, потом будешь знать.
– Да все нормально, мам.
– Нормально?! Для тебя нормально, а футболку маме придется отстирывать.
– Сколько раз тебе говорить, одевай что похуже тогда, раз идешь гулять. Новая футболка, теперь пятна фиг выведешь. – Продолжила она.
Я снял футболку и быстро удалился в дом, стараясь как можно быстрее закончить этот разговор.
В ту ночь я долго не мог уснуть, перед моим мысленным взором возникало лицо Юрчика и удары, приходящиеся один за одним на его лицо. Я видел вначале текущую струю крови из носа, затем разбрызгивающиеся багровые капли, которые попадали в том числе и на меня… но я не мог остановится, я словно был под гипнозом… Помимо чувства подавленности и внутренней опустошенности, мне было стыдно за случившееся, особенно перед Катей, наверное меня ело чувство совести…
Прошло несколько дней и я стал пользовался все большей популярностью на нашей точке сбора в центре, там была разношерстная компания с разных районов города, и скучать никогда не приходилось. Фарид перестал отпускать свои подколы в мой адрес, но продолжал задевать ими других. Никто сильно не обижался на него, так как, пусть и порой излишне грубоватый, его юмор вызывал смех, ведь кто из нас не любит посмеяться над другими людьми? Так же мне было приятно, что за мной все чаще стали заходить Камиль и Кирилл, и я все чаще стал появляться в «точке», захватывая порою с собой двоюродного брата. У меня даже стал вызывать гордость тот факт, что гостя у бабушки куда менее своего брата, я влился в местную дворовую компанию куда лучше его…
История с моей первой дракой постепенно отходила на задний план… и я наслаждался летними каникулами.
Что касается моего детства, проводимого за пределами родного для меня края, то оно проходило балансируя на весах, на одной стороне которых было мое статусное положение во дворе и школе, а на другой – взаимоотношения моих родителей и материальные условия жизни.
Несмотря на то, что я не испытывал нужды в пище и одежде, материальная обстановка моей жизни в тот период накладывала определенный отпечаток на мои школьные взаимоотношения… Во многом это связано с тем, что уровень жизни родителей моих одноклассников и одноклассниц был гораздо выше уровня жизни, в котором я жил. Мне частенько приходилось гостить на различных днях рождениях и праздниках моего класса, да и просто бывать у моего школьного друга – Валеры, в то время как дом, в котором я жил, оставался закрытым и загадочным для них…
