Прохладная тьма встретила Андруса и его спутника влажным холодом, запахом плесени и старого камня. Идти по тоннелю можно было только слегка пригнувшись, и при всем желании размахивать мечом тут было почти невозможно. Что обеспокоило Андруса – если бы нашлись умные люди, да эти умные люди дали глупым людям здоровенные жердины с острыми наконечниками, и те начали бы тыкать в узкий тоннель своими жердинами – два неких беглеца могли бы очень удивиться, узнав, что они тоже смертны. Правда - удивлялись бы этому очень недолго. Андрус очень надеялся, что умных людей у противника нет.
Путь по тоннелю занял минут десять. Скоро Андрус и Урхард уперлись в стальную дверь, тоже запертую изнутри – на два здоровенных засова, снизу и сверху. Дверь была узкой, чтобы с трудом прошел один человек, и массивной, такой, чтобы ее невозможно было выбить никак, кроме как разрушив то, к чему она крепилась – скалу из твердого камня. Это и понятно – если можно выйти из дома-крепости через тоннель, так же можно и войти в него, а если это делается без спросу хозяина – тогда беда. Особенно если ты взял привычку перед ужином славно попытать парочку своих врагов, у которых имеются живые и притом любящие родственники. Мстительные родственники, надо заметить.
- Что, что там? – глухо спросил Урхард – темень какая! Ты что-нибудь видишь? (Последние десять минут Урхард шел держась за ремень Андруса, несколько раз споткнулся, и раз пять врезался в свод тоннеля, разрывая его тишину яростной руганью).
- Пока не знаю – тихо ответил Андрус, и прислушался к пространству эмпатическими «ушами». Толстая дверь блокировала все, что не могло проникнуть через толстенную сталь, но Андрусу показалось, что он слышит чьи-то эмоции там, впереди, за дверью.
- Там что-то есть – тихо продолжил он – вернее, кто-то есть! Похоже, что нас ждут.
- Это потому ты говорил про то, чтобы я не мешал тебе махать мечом? Впрочем – чего я спрашиваю, и так все ясно. Что будем делать? Если сейчас они начнут тыкать в нас копьями...
- Тихо! – резко скомандовал Андрус, и Урхард тут же замолчал, как будто ему в рот засунули коп – сейчас ляжешь на пол, и не вставай, пока я не скажу. Понял?
- Понял – грустно ответил Урхард – старые вояки никому уже не нужны. Все, все, молчу!
Андрус дождался, когда грузное тело шлепнулось на каменный пол, выждал еще несколько секунд, и решительно отодвинул засов.
- Бей! – заревели несколько голосов сразу – не зацепите господина Идраза! Вперед!
Высекая искры из камня, мимо проскочили несколько арбалетных болтов. Мимо – потому что Андрус прижался к стене, ожидая чего-то подобного. Выстрелы были направлены снизу вверх, на уровень живота, потому болты не причинили никакого вреда лежащему на полу Урхарду.
Последней мыслью Андруса было: «Они не знают, что Идраз убит. Идиоты – они ведь могли попасть в него!» Потом ему стало не до мыслей.
Андрус вошел в боевой режим. Его способность видеть в темноте давала огромное преимущество перед нападавшими – их было человек двадцать, все закованные в сталь, здоровенные парни, отборные убийцы – видимо личная гвардия Идраза. А может Эдраз подсуетился, и прислал своих бойцов.
Это не имело значения. Как не имело значения количество нападавших. Имело значение лишь одно - наличие пространства для маневра. Каким бы ловким и быстрым не был Андрус, если навалятся толпой – он погиб.
Стальные жала копий, тускло отблескивающие в свете фонарей, поставленных на пол у стены, протянулись к Андрусу, медленно, но неумолимо, как змеи, подкрадывающиеся к ничего не подозревающей мыши. В тесном тоннеле развернуться было трудно, потому Андрус рванулся вперед, отодвинул в стороны древки и начал резать кинжалом, предназначенным для тварей. Как оказалось, людей это оружие убивает ничуть не хуже, чем мутантов, заполонивших весь Лес.
Тоннель за стальной дверью продолжался еще шагов двадцать, прежде чем выйти в смердящую канализационную трубу, по которой сливались в реку нечистоты всего города. Первыми стояли копейщики, видимо перед началом боя они встали на колено, поверх их голов и стреляли арбалетчики, заряжавшие теперь свои неуклюжие приспособления. Заряжать их было непросто, на это уходит достаточно много времени, и это время работало не на них.
Выпад! Кинжал с хрустом пробил панцирь, попав между пластинами – спасибо кузнецу, выковавшему этот клинок!
Выпад! – прямо в глаз! Кровавая дыра, и человек, только что похожий на несокрушимую стальную башню, медленно заваливается назад, как подрубленное дерево.
Удар! Кинжал описывает полукруг и вонзается в левую подмышку, рассекая мышцы, проникая между ребрами и вспарывая пульсирующий ком сердца.
Андрус отталкивает трупы, все еще стоящие на ногах, идет вперед, с каждым движением, с каждым выпадом убивая, калеча всех, кто на свою беду оказался в это время, в этом месте. Бойцы попытались достать мечи – но разве размахнешься в тоннеле, где и стоять-то можно лишь слегка нагнув голову? Все, что могли делать эти люди – только умирать. И они умирали.
