Сын римского военного трибуна Мартин,[27] ещё отроком, получая своё образование в Павии, сделался оглашенным (катехуменом),[28] мечтал о пустыне и жизни анахорета, но мечта осуществилась позже. От 15 до 20 лет Мартин служил в войске, в 18 лет принял крещение и, оставив военную службу, преследуемый на родине арианами, изгнанный ими из Милана, бежал на остров Галлинарию (Isola d'Albenga), около Генуи. Здесь вместе со спутником своим, каким-то пресвитером — «мужем великой добродетели» — питался он корнями трав. Позже, после 360 г., Мартин появляется около еп. Пуатье Гилария. В Верхней Италии святой ознакомился с итальянским монашеством, окружавшие [51] Гилария аскеты содействовали его решению отречься от мира. Мартин получил от Гилария небольшой кусок земли поблизости от Пуатье и основал на нём маленький монастырь (Monasterium Locociagense — Liguge). Насильственно посвящённый в епископы Тура, Мартин продолжал свою аскетическую жизнь, вызывая порицание со стороны других епископов за свое «презренное лицо, за грязную одежду и неподстриженные волосы». В дикой пустыне между Луарою и обрамлявшими правый её берег скалами основал он новый и наиболее известный монастырь (Majus monasterium[29] — Marmoutier). «Место было так скрыто и удалено, что Мартин мог не желать уединения пустыни». Но для него Мармутье служил лишь временным прибежищем и местом отдохновения от пастырских забот. Мыслью благочестивого епископа было основать строгий монастырь. Собравшиеся около него 80 учеников вели крайне суровую жизнь, отказавшись от имущества и живя милостынею из доходов церкви. Жилищами их были пещеры или деревянные хижины. Как египетские пустынники, сходились они вместе только на общую молитву и поздний и скудный вечерний обед. Как Иоанн Креститель, одевались они в одежды из верблюжьего волоса. Более старые молились и несли на себе церковные службы, более молодые переписывали священные книги. До глубокой старости насаждал Мартин монашество в Галлии, основывая всё новые и новые монастыри. 2000 монахов провожали его тело в могилу, около которой скоро начали совершаться чудеса.
К знатному роду северной Франции принадлежал св. Гонорат. Его не привлекала политическая деятельность или спокойная жизнь крупного магната, не привлекала и литература — гордость галльской знати V века. Рано начал он думать о святом одиночестве. Чтобы развлечь сына и прогнать несоответствующие положению магната мечты, отец отправил Гонората вместе с его братом Венанцием путешествовать. Но Гонорат обманул ожидания отца, склонив к религиозной жизни и брата. Оба роздали свои деньги бедным и начали под руководством старца отшельника Капразия аскетическую жизнь на одном из островков около Марселя. Увлечённые рассказами об отшельниках Востока, они отправились туда. Но вернулся один Гонорат: Венанций по дороге умер. Гонорат избрал для служения Богу один из Леринских островков — Лерин (теперь St. Honorat), против Канн. Вся эта группа островов (самым большим был Леро, теперь St. Marguerite; окружность Лерина равняется 3 километрам), покрытая болотами и лесами, кишащая змеями, была ещё не заселена. Здесь на Лерине Гонорат вместе с примкнувшими к нему аскетами начал [52] жизнь египетских анахоретов (400—410 гг.). И, несмотря на постоянные туманы, на опасность одинокой жизни среди лесов, болот и змей, стремление к аскезе было так велико, что число учеников-пустынников быстро возрастало.
Свободно сложившаяся, заселившая Лерин, а за ним Леро и другие острова, группа напоминала строем жизни своей египетские лавры. Братья жили в отдельных «кельях», собираясь вместе на богослужения и, может быть, на обед. Рядом с этою, осевшею на Лерине «лаврою», в других частях его и на Леро жили уединившиеся монахи-анахореты. Во главе всех стоял сам Гонорат, ещё до основания своего монастыря принявший сан пресвитера, и его устными указаниями направлялась жизнь братства и анахоретов. Не писаный устав, а обычай определял пост и молитвы, песнопения и чтения Священного Писания. Источником существования был труд. Монахи ловили рыбу изготовленными их же руками сетями; обрабатывали землю, сея хлеб и возделывая виноград. И мало-помалу изменялся прежний дикий вид Леринских островов.
