Едешь себе в автобусе с работы домой, читаешь, никого не трогаешь. Тут к тебе подсаживается странный старик и начинает разглагольствовать о том, что он бог… такой крутой бог, что даже возраста своего вспомнить не может… А если бог забывает о своих годах, то миру грозит опасность… Содержит нецензурную брань.
Автобус. Рутинная поездка от работы до дома. Сижу, уткнулся в планшет. Читаю рассказ Брэдбери.
Чувствую, кто-то рядом подсаживается. Смотрю.
Старик. Вид максимально неухоженный. Смотрит на меня, улыбается диковато.
Думаю, "Все, не отвертеться от требований, дать мелочь".
Отворачиваюсь к окну. За ним вечереет, теплые такие майские сумерки опускаются на город. Продолжаю читать Брэдбери.
Тут слышу.
– Простите, это вы мне?
– Вы еще и стихами разговариваете, – устало отвечаю и снова продолжаю читать. Даже наушники надеваю, чтоб не слышать ни старика, ни шум улицы.
Поездка продолжается.
Чувствую, как меня в плечо пальцем тычут.
"Ну старик, это перебор".
Высвобождаю уши, смотрю вверх.
– Молодой человек, билет покажите!
Насупившись, протягиваю контролерше билет. Уходит.
Старик тихо хихикает.
"Ну старый!"
"Что?!"
Оглядываю толпу в автобусе в поиске моральной поддержки. Кто в смартфоне, кто спит стоя, кто делает вид, что не слышит ополоумевшего старика.
– Послушайте, – говорю, – какие ветры? На улице тепло, весна.
Еле сдерживаю удивление от таких скабрезных слов, сказанных на весь автобус.
А старик хихикает.
Не выдерживаю, отвечаю.
– В моем планшете можно изучить весь мир! – показываю на окно браузера.
– Ну смотри, смотри, – голос становится хриплым, еще больше стариковским, теряет насмешливость.
Думаю, "ну все, отстал".
Едем дальше.
– Послушайте, вам тоже было бы полезно изучить вот это, – показываю старику планшет.
– Изучал, изучал, – фыркая, говорит он.
– Да ладно!
– А вы кто?
– Я бог, а бог – это я.
"Что?! Все, – думаю, – сумасшедший попутчик мне достался".
– Раз вы бог, скажите, почему вы так не любите людей? За что столько страданий невинным?
– Плохо у вас получается…
Улыбается снисходительно, будто слушает ребенка, пытающегося в философию.
Хочу пламенно ответить, но моя остановка.
– До свидания, – говорю, – моя остановка.
Хитрый прищур, будто выиграл у меня какой-то важный спор.
Выхожу на остановке. Наушники в уши, планшет с Брэдбери в рюкзак.
Чувствую, в спину тычет. Оборачиваюсь.
Стоит. "Когда успел выйти? Автобус-то уже уехал".
– Приглянулся мне наш разговор, – говорит старик, – отблагодарить тебя хочу.
Протягивает что-то.
Думаю, "еще мне бомжацкого скарба не хватало".
Открывает кулак, а на ладони довольно симпатичная статуэтка.
Беру, пока смотрю на странный подарок, старик весело произносит.
– Вспомнил!..
– Что вы, уважаемый бог, вспомнили?
Вижу растерянность на его лице, мысленно торжествую.
– Не помню, что вспомнил. Зато помню, что, если сожмешь покрепче амулет, глаза закроешь, то попадешь в великолепный подземный мир.
– А как же стихи? – подтруниваю деда.
– Не до них сейчас… вспомнить бы…
Уходит. Даже не попрощался толком.
Думаю, "Ну и тебе не хворать, старик. Значит, ты решил к своему сумасшествию еще и старую городскую легенду добавить про затерянный лес в канализациях города, где люди пропадали полтора века назад? Нет уж"
И стою, смотрю на статуэтку.
Вот вроде не мальчик маленький: тридцать лет, жена, сын, работа, а на какое-то время захотелось поверить в эту сказку старика.
Смеркается.
"Черт с тобой, бог!"
Отошел подальше от остановки. Закрыл глаза, сжал вещицу покрепче. Стою. Жду.
Открыл глаза.
"Бл*ть!"
– Не соврал дед.
Вокруг темные заросли, слышится журчание воды, звуки животных. Лес, в общем.
– Тебя, старик отправил, да?
Смотрю, на меня лиса глядит.
"Епта!"
– Чего уставился? – голос у лисы скрипучий, словно старушечий, – Муж он мой!
– Кто? Бог?!
– Да какой он Бог… так, божок местный.
"Влип, – думаю, – вместе со стариком свихнулся".
Лисица продолжила.
– Совсем запустил наш лес! Вишь, как все обросло! Звери одичали в конец, а дождей почти нет, даром что под городом живем!
– Аааа…
– Забыл он, сколько ему лет, понимаешь? А если бог забывает о своем возрасте, то на его мир падает проклятье. Еще и меня заколдовал!.. Снять можно, если этот идиот вернется и про года свои вспомнит… кретин старый! Раздает направо-налево свои талисманы в надежде, что кто-нибудь за него его работу сделает. А сам простое знание восстановить в памяти не может.
– Так он вспомнил, – мямлю я, – только что его видел.
Лиса переполошилась, подбежала.
– Где? – кричит.
