Цепкий взгляд мужчины почти сразу заметил эту знакомую фигуру у городских ворот. Она была точно такой же. Будто сразу перепрыгнула время одним прыжком из той первой встречи. Те же рыжие волосы, забранные в хвост, те же серые глаза и строгий профиль. Неизменными остались также одежда и оружие. Только лук был убран в налуч и наверняка тетива была снята, а стрелы в колчане были связаны вместе в единый пучок. Запрещалось ходить по городу с обнажённым оружием. Девушка в нетерпении била правым копытом по земле – нервничала. Сердце забилось сильнее. Ласкин пытался унять его, представить, что он идёт на встречу с очередной девушкой, коих в его жизни было много. Конечно, Дмитрий не был вторым Казановой или третьим дон Жуаном, но он привык принимать как данность то, что девушки всегда проявляли большой интерес к нему. Кроме исключений, вроде Ольги, которая то подтрунивала над командиром, как над братом, то обращалась строго по уставу. Но Чиутаха умудрилась, сама того не ведая, лёгким движением копыта захватить сердце мужчины в плен. Кентаврица вскоре ощутила взгляд Ласкина и развернулась, выискивая его среди прохожих. Едва их взгляды встретились, как девушка залилась краской и отвела взгляд. Дмитрий тоже нервничал. Он чувствовал себя не кадровым офицером, прошедшим горнило войны, а школяром на первом свидании. Ну не мог он относиться к Чиутаха как к обычной девушке. Уже когда он подошёл к ней практически вплотную, его ноздрей коснулся резкий, но в тоже время возбуждающий запах. Некая причудливая смесь конского и человеческого женского пота со странным оттенком, который заставлял волноваться его мужское естество. Во многих местах одежда воительницы прилипла к телу, промокнув от пота и выгодно подчеркнув её формы. Ласкин попытался завести беседу.
- Здравствуйте, вождь каманчей.
- Здравствуй. И давай это… не так официально. – Монстродева нахмурилась, злясь на себя за то, что никак не могла совладать со смущением. – Зови меня просто Чиу.
- Хорошо, Чиу. А ты меня тогда зови просто Дима. – Все заготовленные речи выветрились из головы и старлею пришлось импровизировать, чтобы не создавать неловких пауз. – Сегодня ужасно жарко. Я только с совета вышел, а уже весь промок.
- Да, сегодня действительно жарко. – Согласилась девушка, стараясь не смотреть в глаза Дмитрию. – Я как узнала, что ваш танк подъехал к Кривому Ворону, так сразу сюда бросилась. Всю ночь скакала. Так что очень сильно вспотела.
- Вот как.
- Ты это… не подумай лишнего. – Чиутаха попыталась принять горделивый вид. – Я вовсе не стремилась увидеться с тобой! Я просто спешила на защиту города. Подумала, что твой танк идёт на город и мне придётся возглавить ударный отряд для отражения атаки. Но, как вижу, я зря торопилась. Ты всё-таки пришёл в степь как друг. Это приятная новость.
- Да. Много чего случилось. Может это, сходим в термы? Я давно не мылся. Всё дела-дела.
- Хорошо, ты прав. Я тоже вся взмылена. Ты заставил меня понервничать. – Кентаврица развернулась и пошла за стены.
На широких улочках вне стен и располагались термы. Как понял мужчина, крепость Ворон играла роль исторического центра, а слобода вне её стен являлась новыми районами. На окраине города виднелись люди и монстры, махавшие лопатами. Город готовился к отражению штурма. Чтобы не молчать, Дмитрий задал свой вопрос, который приберёг для разговора.
- Мне Акараса рассказала красивую легенду об основании города, но так и не смогла объяснить, почему ворон кривой. Странное название для города, не находишь?
- Название как название. – Фыркнула кентаврица, с интересом изучая много раз перехоженную улицу. – У нас в степи находится холм с большой пещерой и знаешь, как называется? Рыбья нора. Ну разве не странно? – Девушка посмотрела на Ласкина, но едва тот посмотрел на неё, как тут же отвернулась.
- Да, забавное название. – Дмитрий и сам чувствовал неловкость, но постепенно становился увереннее. – А что вообще нового у тебя?
- Да ничего. Пригнала несколько отрядов к городу, усилила патрули на севере. Тут стойбище недалеко находится. Мы разбили вигвамы в дне пути от города. Может, зайдёшь как-нибудь? Просто посмотреть, как мы живём?
Чиутаха не понимала, что с ней. Она сердилась на себя, хмурилась, кусала губы, но предательский румянец постоянно выдавал её. В прошлый раз она была решительнее. И хотя ей с первого взгляда понравился Дмитрий, она не чувствовала стеснения. Скорее всего дело в том, что она успела передумать за несколько дней разлуки. Может, правы были древние, когда говорили: «Любовь как огонь, разлука же подобна ветру. Маленькое пламя она гасит, большое – раздувает в лесной пожар» ? И похоже этот пожар сейчас и бушует в её груди. Но если не избегать неловких пауз в разговоре, то потом разговориться будет труднее. Поэтому кентаврица спросила первое, что пришло ей в голову:
- А у тебя что нового? Ты с чего оставил службу у барона? Не то чтобы меня огорчал или заботил этот факт, просто интересно.
