— Она могла учиться с ними в Акшоке, — прищурился второй принц, — мы хотим это проверить. Мой брат почему-то включил ее в золотой список свободных мастеров, полностью засекретив личное дело, очень хотелось бы узнать почему.
— Я бы тоже желал познакомиться с ней поближе, если будет возможность, — кивнул Эскофар.
— Подождите, я значит рискнул оставить отца без наследника, сыграл, можно сказать, в смертельную лотерею, а вы пришли выигрыш на троих поделить? Я правильно понял? — в смятении остановился Роман.
— Как точно ты выразил наши желания, прям лучше и не скажешь, — похлопал по плечу друга, принц, рассмеялся и пошел дальше.
— Конкуренция она такая, — пожал плечами, Эскофар, — наша ложа на самом верху, так? Пойдем быстрее.
— Какая безжалостность, я учту этот урок на будущее, — понурил голову, Роман, вздохнув и продолжив путь через очередной лестничный пролет.
Встреча же важных гостей по-прежнему продолжалась, многие видные люди столицы решили посетить мероприятие семьи Разящих, некогда чрезвычайно могущественного рода, в свое время даже породившего одного практика сферы души.
— Ваше поместье все также неизменно, сколько лет минуло, — посмеиваясь, подошел к князю министр развития, Кинхет, за коим виднелся единственный телохранитель, в виде, до боли известного в кругах фехтовальщиков, Рассекателя, коей даже не удосужился поклониться перед княжеской семьей.
Два подобных гостя были мягко сказать нежелательны, имея репутацию одна дурней другой, вот только власть министра развития над определенными сферами экономики довлела слишком сильно, чтобы в открытую портить с ним отношения. И конечно, выпад Кинхета в сторону неизменности дома Разящих, являлся прямой усмешкой в адрес стагнации клана, ведь в мире культивации, кто не развивается, тот деградирует.
— А вы я вижу все в той же неизменной министерской мантии, что и десять лет назад, она вам так идет, — подколол зазнавшегося старика, и правда вечно ходившего лишь в рабочем одеянии, Олан.
— Я всегда на службе, занят государственными делами, нельзя допустить, чтобы империя сдеградировала по примеру некоторых, вы ведь меня понимаете? — мягко и с лукавой улыбкой, изрек Кинхет.
— Я думаю вам пора, проводите министра, — отдал приказ слуге, хмурый князь.
— Ох нет, нет, сейчас должен прибыть господин Фульгур, я подожду его здесь, к тому же у нас редко выпадает возможность поговорить, — махнул рукой министр.
— У нас нет общих тем для разговора, — с хрипотой ответил Олан, всегда ненавидящий эти аристократические тычки словами и уже пожалевший, что поддержал подобный поединок изначально.
— Мой слуга великолепный мечник, возможно, вы дадите ему пару наставлений? — указал на лысого, шрамированного, вечно носящего свою повязку на лице, Рассекателя, Кинхет.
— Боюсь, наш уровень владения клинком слишком близок, я вряд ли смогу чему-то научиться, господин, — исподлобья посмотрел на князя, Рассекатель.
Олан ничего не ответил, лишь с презрением взглянул на сволочь, что перебил всю свою семью ради уникального меча воды и ветра, благодаря которому и стал одним из опаснейших наемников Западной империи.
— Ох, а вот и уважаемый Фульгур, — невзначай перевел тему разговора, министр, когда слуги поклонившись, встречали подъехавшего на великолепной карете, начальника комитета, прибывшего совсем без охраны.
— И ты тут, — скривился князь Фульгур, увидев Кинхета, — на каждом мероприятии встречаемся, сколько можно, — покачал головой он, переведя взгляд на Рассекателя, — а ты чего не кланяешься князю, совсем страх потерял сопляк! — промелькнул заряд электричества, в голубых зрачках старика.
— Примите мое уважение, — стиснув зубы, поклонился фехтовальщик.
— Я буду внимательно следить за тобой, смельчак, — взирая на затылок Рассекателя, фыркнул начальник комитета, приступив к хозяйской чете, — друг мой Олан давно не виделись, к сожалению, я приехал лишь формально, не смогу остаться надолго, сам понимаешь какое положение в городе.
— Конечно, я очень ценю этот жест, — скрепив встречу крепким рукопожатием, перекинулись еще несколькими фразами, старые друзья по академии, прежде чем в беседу не встрял Кинхет.
— У меня есть важный разговор для вас, не пора ли нам пройти на арену, хозяину турнира нужно встретить еще много гостей.
— С таким рвением к разговорам, странно видеть таких невоспитанных слуг в вашем окружении, министр, — вздохнул комитетчик, с отвращением глядя на «зло», с которым ему пока приходится мириться, — я уделю вам лишь полчаса.
— Мне хватит.
— Проводите господ, — скомандовал Олан, хлопнув в ладоши, между тем как краем глаза заметил, стремительное приближение большой ездовой виверны к его поместью.
