- Помнишь как меня зовут? - воинственно продолжала свой монолог наглая баба, которая перешла уже все границы возможного. - Я - Света. Света, а не Лия! Не мышонок. Ты так называл меня, когда брал сзади. Мне, опытной женщине, секс с тобой казался невыносимым! А та девочка...
- Угомонись, пока я не успокоил тебя, - резко перебил, мать её, СВЕТУ, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не ударить дуру за длинный язык.
- Знаешь, что, Вадим? Этот невинный ребёнок, чьими снимками ты, как одержимый маньяк, завесил все стены комнаты, которую всегда держал от меня запертой - никогда не будет твоим.
После этой фразы я даже замер, приофигев.
-Ты не трахнешь её так же, как меня. Сказать почему? - жёстко усмехнулась СВЕТА. - Потому что я ей все расскажу.
Казалось, само мгновение остановилось. Время буквально замерло.
Я видел перед собой лишь медово-карие глазами моей Лии. Представлял, как она холодно отказывается от меня. Как убегает, даже не выслушав, не позволив оправдаться.
Секунда и мои руки сжимаются на женской шее.
Я хотел, чтобы только замолчала.
Сползаю вниз по стенке, падая на колени от осознания своего поступка.
В ногах валяется безжизненное тело.
В голове туман.
Тяну из кармана мобильный. Автоматически набираю Лию. Не отвечает. Мне нужно знать, что это не она... Что я не убил её. Моя девочка жива. С ней всё хорошо. Это не она лежит на полу в моей квартире в одном полотенце.
Отец говорил, что ничего толкового из меня не выйдет. Ты был прав, пап. Не выйдет.
Я теперь убийца.
Вздрагиваю от мелодии входящего вызова.
Матвеев.
-Ты где, Вадим?
-Глеб... Кажется... Я убил человека.
Вадим Зотов
Прошёл месяц после того дня, расколовшего мою жизнь на две части.
Я был обязан Матвееву за вынужденную помощь, но так же понимал, что, если всё всплывёт - его, как и меня, привлекут к ответственности.
О прошлом моего дяди мне известно немного, но оно до сих пор имеет над Глебом некоторую власть. Матвеев приехал в наш маленький город не для того, чтобы стать преподавателем истории и уж тем более не для того, чтобы быть моей нянькой. Ему нельзя было "светиться", но он всё-равно мне помог.
Об участии Матвеева в преступлении никто никогда не узнал бы, не допусти я ещё одну ошибку...
Меня переклинило. Понял, что удовлетворения от секса без образа Лии, без мыслей о ней не получаю и снова сорвался.
В этот раз моей ошибкой стала снятая на площади проститутка. Я же просил её по-хорошему сыграть свою роль, бабла дал, но деваха оказалась бездарной актрисой. Кстати, тёмные волосы ей не шли. Как ни крути - подделка. Она вывела меня своим мерзким вульгарным поведением и совсем была не похожа на моего маленького чистого мышонка. Девка оскверняла образ Лии и даже в парике с длинной девчачьей косой оставалась проституткой, собравшейся заработать своим тощим телом.
Вновь помог Матвеев.
Наорал, предупредил, что подчищает за мной последний раз, ещё и забрал мою машину.
Помня, как сильно "наследил" там с девкой - без лишних возмущений отдал тачку Глебу.
Бросив пустой взгляд на бездыханное тело шлюхи, которую даже не захотел трахать закурил.
- Убери окурок в карман, дурак! Ещё не хватало, чтобы местные опера твои бычки возле трупа нашли, - зло прошипел Матвеев, совершая какие-то манипуляции с телом проститутки, орудуя над ней тряпкой и мутным раствором.
Я отошёл метров на десять и бросил окурок за пышным кустом какого-то растения. Пусть найдут. Я даже хочу, чтобы нашли.
Сам для себя решил, что продолжаться так дальше не может. Теперь либо Лия станет моей, либо я свихнусь окончательно.
***
Матвеев разъезжал на моем внедорожнике, даже не подозревая, что у меня есть возможность пользоваться этим автомобилем так же, как и раньше.
Снова сел за руль своей малышки в конце сентября, когда в доме полным ходом шла громкая вечеринка, которую устроила сестра.
На кой эта девочка решила отдать мне на растерзание мышонка - не пойму. Зачем втолкнула её, такую испуганную и беззащитную, в мою комнату и заперла дверь?
Выходит, все вокруг уже знали о моей болезни по имени "Лия Уварова"...
Увидев тонкую трясущуюся фигурку Лии в пышной фатиновой юбке, я даже не сразу поверил, что она настоящая.
Я знал, что мышонок веселится в моем доме. Знал и ничего не делал. Боялся её обидеть и испытывал что-то сродни болезненной жалости к этой невинной девочке.
"За что я достался ей? За какие грехи? - рассуждал про себя, в то время как в голову лезла противоположная мысль: - А может она не такая уж и невинная?.."
Хотел трахнуть её. Хотел убедиться, что она ни чем не отличается от других. Готов был воплотить в жизнь все свои фантазии, но... Меня остановили медово - карие глаза, наполненные непролитыми слезами. Я вспомнил ту малышку, окруженную со всех сторон странными растениями. Вспомнил, как она открыла мне свой секрет.
Не могу... С ней - не могу.
Сбежал. Закрылся в ванной и, тяжело дыша, облокотился на раковину из редкого зелёного камня.
"Дьявол... - шипел я, сдерживаясь из последних сил, - Не дай мне сорваться на ней."