С сестрой Зотова нас разделяло порядка восьми метров и одна высокая пальма, занимающаяся место у светло - бежевой стены между двумя широкими окнами в коридоре суда. Но даже на таком расстоянии я чувствовала разряды молний, которые посылала мне мать Вадима и волну всепоглощающей ненависти от его сестры.
Слушание было назначено на час дня. Электронные часы над входом в зал суда показывали уже 14:20. В чем была причина такой задержки никто из присутствующих не знал.
- Что там происходит? - спросила, выглядывая из-за плеча майора.
- Начался движ,- прокомментировал Богдан массовое скопление людей, окруживших неоткуда взявшегося помощника судьи. - Зотова из следственного изолятора привезли видимо. Хоть и с опозданием, но доставили живым. Везучий малый... - тихо добавил мужчина, ухмыляясь.
Из толпы вырвался высокий молодой парень и стремительно направился к нам. Как только он оказался на расстоянии вытянутой руки от Богдана, моё сердце тревожно замерло, почувствовав беду.
Как бы там не было, я не хотела, чтобы Зотов погиб по дороге в суд или чтобы его навсегда упекли за решётку. Да, он - жестокий убийца и заслужил наказания, но ведь им может быть и лечение в психиатрической больнице, например. Так, я хотя бы буду знать, что он жив.
- Приветствую, Богдан Алексеевич.
- Здравствуй, Андрей. Есть новости?
При всем моём желании абстрагироваться от ситуации я просто не могла. Ловила каждое слово из диалога мужчин, морально готовясь к худшему.
- Да, - пробормотал парень, стрельнув обеспокоенным взглядом в мою сторону. - Заседание по делу отложено на неопределённый срок.
Майор нахмурился.
- Что происходит? - спешно поинтересовалась я, превращаясь в соляную статую.
- Заключённого не довезли до суда.
- Его убили? - дрожащими губами просипела, ошарашенно взирая на обоих мужчин.
-Вряд ли, - ответил служащий городского суда.
Наблюдая, как ходят желваки на смуглом лице майора Суворова, я начала лихорадочно соображать.
- Понятно, - недовольно выдохнул Богдан. - Спасибо, Андрей.
Парень кивнул и круто развернувшись ушёл.
Я задумчиво проследила за исчезающим в гудящей толпе силуэтом.
- Зотов не явится на заседание, так? - уточнила у майора.
- Не явится, ляль.
- Почему?
- Матвеев не позволил упечь племянника в тюрьму.
-Я не понимаю, Богдан... Что значит не позволил?
-Что ж тут не понятного, девочка? - сухо прокомментировал Суворов, на лице которого не проявилось никаких эмоций. - Бывшему разведчику по силам выкрасть любимого племянника по дороге в суд, обойдясь без жертв и не вызвав лишнего шума, - констатировал он.
Казалось, мужчина подозревал, что такой поворот возможен или даже знал, что так будет, но держал эти знания при себе.
Эпилог
Лия
Весна в этом году наступила поздно, как и благие перемены в моей жизни.
Не знаю, чтобы делала без поддержки Богдана, без его защиты, без той заботы и теплоты, которыми меня окружил этот мужчина.
Благодаря одному известному журналисту делом серийного маньяка заинтересовалось Главное управление следственного комитета. Оно то и взяло уголовное дело Зотова под свой контроль. В Богдана же вцепились намертво всеми конечностями. Не дали и недели на принятие решения о переводе в культурную столицу нашей необъятной родины - забрали к себе в главное управление и торжественно вручили нераскрытое дело по питерскому маньяку, пролежавшее в архиве целых пять лет.
Никакой адаптации от нового руководства. Переезд в большой город и за работу. Удивительно, но сам майор был рад такому повороту судьбы.
Пока я разрывалась между домом, Мишей и универом, впопыхах сдавая экзамены по профильным предметам, Суворов успевал везде. Он безустали устраивал нам с Мишей семейные вылазки в музеи, галереи и даже Аква парки. Глаза ребёнка горели от счастья, как и мои. Но больше всех радовался новому месту нашего обитания кот. У Марса теперь имелся собственный диван, который тот оккупировал как только переступил порог дома. Чёрная обивка мягкой мебели являлась идеальной маскировкой для кота, благодаря ей он сливался с цветом дивана, как хамелеон. Мы боялись однажды неловко "присесть" на общего любимца, поэтому приняли решение отдать мебель мохнатому завоевателю.
Деканат педагогического университета, в который я перевелась ещё в конце декабря, определил меня на второй курс исторического факультета и вручил огромный список зачётов и экзаменов, которые предстояло сдать до начала летней сессии. Я горела, как факел, проводя время в университетской библиотеке, читая книги, доступа к которым впредь не имела.
Мало по малу я свыклась с туманным дождливым городом и своей новой жизнью. Тем более, что времени на мою адаптацию оставалось немного. Через четыре месяца у нас с Суворовым родится девочка.
Мелодия телефонного звонка раздалась так внезапно, что заставила меня вздрогнуть, подскочив на месте. Я дернулась было к мобильному, решив, что звонит Миша или Богдан, но высветившийся номер был незнакомым.
- Да... - пролепетала робко.
- Привет, мышонок, - просипел знакомый до боли голос.
- Вадим...