— Да, я его знал. — Кивнул, а потом покачал головой. — К сожалению, он погиб несколько дней назад.
Наступило молчание, во время которого Настя смотрела на меня, явно ожидая продолжения. Салфетка в её руках начала трещать. Кажется, она сама не заметила, как её ухватила. Похоже, Эльза тоже затаила дыхание, ожидая продолжения.
Эх, женщины не любят думать, если рядом есть мужчина, который всё может объяснить. Давно это заметил.
Пришлось вздохнуть и уточнить:
— Граф Родин был твоим отцом.
— Ого. — Удивилась вслух Эльза. Похоже, для неё это тоже оказалось новостью.
Лицо Насти словно заледенело. Она осторожно положила всё-таки треснувшую тряпичную салфетку, потом встала и ушла в сторону своей комнаты. Шла медленно, с ровной спиной, но её шаги были словно у деревянного человечка.
Я не препятствовал. Ей явно надо переварить новость.
— Теперь я поняла, что ты сказал про положение гриба. — Пораженно вздохнула Эльза. — Откуда узнал?
— Двоюродная тётка поделилась инфой, пока я был Григорием. — Повернул я голову к своей слуге. — Хотела, чтобы я контролировал её личную жизнь. И предупредила, чтобы в постель не тянул. Повторный инцест даст неполноценных потомков.
— Пока не поняла, какова твоя конечная цель. — Созналась менталистка через пару минут раздумий. — Зачем ты ей это открыл?
— Это просто. — Заявил ей пафосно. — Она — один из прямых наследников графа Родина. Родилась раньше Григория на семь лет.
— Это ничего не решает. Вот если бы она была мужчиной, тогда да, можно было оспорить порядок наследования. — Покачала Эльза головой. — А так, всё зависит от завещания. Вряд ли его светлость указал её там. Как я понимаю, он тоже не знал. Иначе я бы уловила хоть какую-то мысль на эту тему.
— Не указал, пусть Настя подаст в суд. — Мне лично Анастасия была нужна именно как владелец части акций предприятия Родиных. Потому что с ней вдвоём мы задавим Григория легко. Особенно, если подключатся Зимины, которых можно подключить именно со стороны Насти. Тогда противники станут союзниками. — Если подключит свою маму с тёткой, то точно часть наследства оттяпает. Это не старый граф, у Григория кишка тонка спорить со старшим родом.
Если такое у девушки получится, а она будет оставаться моей «служанкой», то открываются неплохие перспективы, пока она не выйдет замуж. А её это не дадут сделать в ближайшее время, чтобы не уплыли акции.
В этот момент вернулась Настя. Она смотрела на меня глазами, которые блестели от скрытых слёз, но показывать это явно не хотела.
— Мама подтвердила. — Она подошла к столу и рухнула на свой стул рядом со мной. — Она… Она мне врала всю жизнь!
— Она тебя оберегала. — Возразил я. — Вот ты узнала, и что? Легче стало?
— Но… Но ведь можно было хотя бы намекнуть. — Голос Насти уже не был убитым. В нём появилась злость. — Хотя бы сказать, что он аристократ, а не простолюдин какой-то. — Тон её голоса постепенно повышался. — Ты знаешь, сколько мне пришлось выслушать издевательств на эту тему? Я даже их опровергнуть не могла. Потому что и сама в глубине души так считала! Что мама скрывает от меня имя, потому что спала с простолюдином! — Голос на пике вдруг словно оборвался, и она добавила тихо и даже растерянно. — А оказывается…
То-то она так нервничала, когда я её «принуждал» к постели, будучи простолюдином Иваном. Оказывается, в обществе аристо действительно осуждается связь с простыми обывателями, и для неё это была больная тема.
— Мне нужно, чтобы ты заявила о своём праве на наследство. — Заявил я прямо. — Ты родилась раньше Григория.
— Думаешь, папулечка оставил мне хоть что-то? — Усмехнулась она иронично-устало. Эмоциональный всплеск вытянул из неё все силы.
— Если знал о твоём существовании — то точно оставил. — Заметила Эльза. — Его светлость был очень справедливым.
— Даже если тебя нет в завещании, всё равно можно заявить о своём праве. — Заметил я уверенно. — Лучше всего, пригрозить Григорию скандалом. Пусть сам отдаст тебе часть. Например, акции «Эквилиума» поделите пополам. Или вообще всё забери себе, остальное имущество пусть он забирает. Много там остаётся? — Повернулся я к Эльзе.
— Да. — Кивнула она уверенно. — На данный момент предприятие имеет уставной капитал всего около десяти миллионов, пусть и стоит гораздо больше, около сотни. Остальное имущество и недвижимость оценивается точно больше сотни миллионов. — Тут Эльза задумалась, и её явно осенило. — Он вполне может согласиться, если напирать на то, что возраста управления он всё равно ещё не достиг. Ему двадцать один только через десять месяцев. Анастасия будет его опекуном, как ближайшая родственница. Она вообще за это время может забрать себе всё.
Надо же. Какая прекрасная мысль. Григорию до возраста управления около десяти месяцев, за такое время много чего можно успеть сделать.
