Монстрами не рождаются. Тогда откуда столько пороков, в этом пятнадцатилетнем подростке, для которого убивать волшебников так же естественно как дышать. Кто он, староста школы Святого Брутуса, единственной колонии для несовершеннолетних магов-преступников? Очередной злодей, которого обязательно победит положительный герой или нечто иное. Кто знает! Ведь просто так не дается имя – Мерлин, третий лорд Малфой–Поттер.
========== ЧАСТЬ 1 ==========
Приглашение.
Вечерние сумерки едва лизнули закатным полумраком верхушки деревьев старинного парка, погружая летний день в непродолжительный сон, как что-то изменилось. Смолкли начавшие свой концерт сверчки, испуганно прислушиваясь к шороху мягких лап, что устало несли лохматое тело черного пса. Он прокрался вдоль высокой каменной ограды особняка, осторожно, словно пугаясь собственной тени, завернул за угол и остановился. Высокие ворота в виде переплетенных змей слегка качнулись. Металлические узкие головки искусно выкованных гадов тихо зашипели, шевелясь словно живые, предупреждая о нежелании хозяина дома встречаться с вечерним гостем. Пес сделал несколько шагов назад и сел. Видеть подобное ему было не впервой, хотя он и предпочитал держаться подальше от подобных заморочек высокородных магов.
Но дело есть дело, и если он испугается - прощай служба. Поэтому, покосившись на сплетающееся узкими телами препятствие, пес поднял морду к небу и завыл, завыл настолько громко, насколько позволяли ему отбитые в детстве легкие. Тишина и безмолвие были ему ответом. Орион не считал себя трусом, да и переделок ему хватало, но этот замок нервировал гораздо больше остальных. Уже на подходе он ощутил знакомый, до тошноты надоевший запах крови. Казалось, вся земля в окрестностях была пропитана этой тягучей красной субстанцией. На протяжении нескольких миль он не повстречал ни единого жилья. Только лес, густой и непроходимый. Переплетенные в смертельном танце черные искорёженные деревья. Пес был голоден, жутко голоден, к этому еще примешивалась усталость, все это заставляло его поджимать короткий обрубок хвоста, вымаливая капельку внимания адресата.
Дважды он чудом избежал стычек с красными колпаками – отвратительными карликами, что жили под корнями сухих деревьев. Крохотные кроволюбы были неотъемлемой частью заброшенных полей сражений или мест массовых убийств. Мелкие, изворотливые как ящерки, человечки днем жили в глубоких норах, пережидая солнечный свет, к которому питали отвращение. И только ночью, когда бледная луна серебрила траву, они выходили на поверхность. Издали их можно было принять за расшалившихся детей, так неуклюжи и смешны были их движения, но, если племени угрожала опасность, они моментально скрывались в своих подземных жилищах, нападая неожиданно, словно вырастая из-под земли. Орион оставил половину хвоста прямо посреди такого поселения, когда тонкий клинок, моментом показавшийся в темноте, отсек его и так же быстро скрылся. Пес был еще молод, долго рыл нору, пытаясь достать обидчика, пока ему в нос не уперлось маленькое острое копье. С тех пор он был предельно осторожен. Наличие многих подземных деревень говорило о том, что в окрестностях кровавые заварушки происходят часто.
Надо завязывать с курьерской службой, - думали его собачьи мозги, а глаза беспокойно шарили по темным кустам. – Так и рехнутся недолго, лазая по домам магических злодеев.
Он еще раз внимательно оглянулся, дрожа на вечернем ветерке, нервно переступил лапами. Утром его подняли по тревоге как самого быстрого гонца, заставили мчаться сюда с пергаментом наперевес несколько часов подряд. Он просто не мог понять к чему такая спешка.
За один день он покрыл огромное расстояние, отделяющее имение от его родной псарни. Милях в десяти от места назначения пес попал в капкан, но останавливаться было нельзя, пришлось отгрызть лапу, и, хромая, продолжить путь.
Светящиеся в темноте глаза вперились в неприступные ворота особняка. Вдруг он заметил едва различимое движение. Оскалился. Так и есть, за воротами копошились малюсенькие существа, с виду карлики. Бледная, до болезненности, их кожа просвечивала сквозь решётку. Они о чем-то лопотали меж собой. Пес облегченно вздохнул и с чувством выполненного долга выплюнул себе под ноги изжеванный пергамент, который нес в пасти, и пару рекламных проспектов. Избавившись от послания, отошёл на безопасное расстояние и всем видом показал, что бояться его не надо. Даже хвостом вильнул пару раз. Из ворот высунулась маленькая ножка, затем ручка, а вот и весь домовик! Гладенький, прилизанный, в чистенькой, пошитой на заказ зеленой ливрее. Орион склонил голову, такое он видел впервые. Не то что бы он не видел домовиков - видел. Но таких ухоженных, таких аппетитных видел впервые. Пес почувствовал, как горячая слюна заполняет его голодный рот. Он приподнялся на лапах, вытянувшись в струнку. Эльф-привратник, не подозревая о грозящей ему опасности, взял письмо, поморщившись от грязного, измазанного в болотной тине пергамента, важно выпятил мизерную грудь. Даже издалека посланец видел, как противно этому существу касаться его так тщательно сберегаемого документа, и больше не контролировал себя. Бросок был молниеносным. Смыкая зубы на шее привратника, посланник думал, что не избежать порки, но что значит изорванная шкура, если он так голоден?
