Постепенно она наловчилась приближаться почти вплотную, когда он был занят сбором нектара, такой эффектный на фоне красных лепестков. Или садился отдохнуть на перила, растопырив свои тонированные крылья под углом, как истребитель четвертого поколения, умывался и прихорашивался. Тело у него было не такое мохнатое, как у шмелей, словно бронированное, и выглядело более стройным, хотя и не таким узким, как у ос или бражников. Было в этом животном — крупном, мощном и в то же время подтянутом — какое-то мужественное очарование.
Они сблизились, можно сказать, сдружились после одного случая. Рей, по обыкновению, встала на рассвете и, зайдя на кухню, услышала знакомое жужжание и глухой удар о стекло. Должно быть, ксилокоп влетел в форточку и теперь не мог найти дорогу обратно. Рей нашла его на подоконнике за цветочными горшками и попыталась выгнать полотенцем, но он шарахнулся прочь от окна, сделал круг, протанцевал вдоль полочки со специями и неуклюже упал в щель между холодильником и обеденным столом.
— Ой-ой, только не за холодильник, я ж тебя не достану оттуда! — проворчала Рей и на четвереньках полезла под стол.
Ее любимец перебирал ногами по плинтусу, пыльный и несчастный. Полотенце было в руке, но Рей побоялась помять, поломать драгоценные темно-синие крылья. Тогда она просто осторожно, чтобы не испугать, подставила палец, перегородив ему путь.
— Надеюсь, ты не будешь меня кусать.
И он вполз на палец.
У него были цепкие когтистые лапки, как у майского жука, но помягче. Осторожно-осторожно Рей вынесла его из-под стола, выпрямилась, свободной рукой отставила цветочные горшки на табуретку рядом и настежь открыла окно.
— Ну что, лети.
Она поднесла руку к глазам, то ли бессознательно пытаясь понять, чего этому насекомому еще не хватает, то ли чтобы полюбоваться напоследок. Увидела мордочку, внушительные жвала — ну да, они же прогрызают дерево… Он чуть качнул головой и попереступал передними лапками — как будто обнимал ее палец. Потом расправил крылья и взмыл в сияющее летнее небо.
***
Может, это ей только казалось, но с тех пор он стал чаще прилетать на балкон. Рей неизменно умилялась и постепенно начала разговаривать с ним вслух. А он сам садился ей на руку или на плечо. Рей сначала побаивалась, что он попытается приземлиться на голову и запутается в волосах, но он вел себя благоразумно — насколько это можно отнести к насекомому. Ее подмывало похвастаться перед друзьями, что у нее теперь есть ручная пчела.
— … Короче, можно взять кусок бревна, некрашеного, это важно. Просверлить дырки и сделать для них убежище…
— Господи, только этого нам не хватало!
— Да погоди, я же не предлагаю прямо сейчас…
Очередным субботним вечером они — Рей, По, Финн и Роуз — снова пили чай на балконе у Рей. Для четверых было тесновато, поэтому все, как на фуршете, стояли. Чайник, сахарница и пакет с сушками уместились на маленьком столике, который Рей продали как подставку для цветов.
— Это полный бред, — резюмировал По. — Завести у себя на балконе полный улей ядовитых насекомых…
— Да блин, какой улей? Если ты думаешь, что это как гнездо обычных пчел или ос, то нет. Фиолетовые ксилокопы не живут колониями. Это одна пчела, которая будет прилетать, бурить тоннель, откладывать туда яйца, каждое с запасом пыльцы, и улетать. Личинки развивается полностью самостоятельно, потом взрослые пчелы вылезают из бревна, и адью. Но, конечно, наши квартирные хозяева такого не поймут, — добавила Рей с грустью.
— Правильно сделают, — подтвердила Роуз. — А насколько они ядовитые?
— Пишут, что укус в шею смертелен.
— Смертелен?!
— Ты прикормила у нас на балконе смертельно ядовитое насекомое?
— Роуз, я не знаю, каким долбоклюем надо быть, чтобы выбесить пчелу, а потом подставить ей шею для укуса. Он просто летает, опыляет, я за ним наблюдаю, и все. Если не хватать его руками, он не укусит. Кстати, вон он. Вон-вон, смотрите!
Приметное черное насекомое появилось из-за широких фасолевых листьев и стало кружить по балкону. Роуз взвизгнула и вжалась в Финна, когда плотник подлетел слишком близко. Затем он направился в сторону Рей. По, стоявший рядом, на миг замер с вытаращенными глазами, потом резким движением выплеснул в насекомое остатки чая из своей кружки. Горячая жидкость тяжело ударила в листья , запачкала подставки для цветов и улетела за борт.
— Ты что делаешь, придурок?
— Кыш, кыш от меня, монстр!
Монстр успел увернуться от чая и с грозным жужжанием спикировал на обидчика.
— Так, вон отсюда! — Рей вытолкала По с балкона. — Не хватало еще, чтоб вы мне цветы опрокинули.
Практичная Роуз подхватила чай и сахар, Финну остались сушки, и вся компания эвакуировалась в комнату. Рей задержалась вытереть лужи.
Виновник этого переполоха как ни в чем не бывало собирал мед.
— Что-то ты агрессивный сегодня, — сказала ему Рей между делом. — Не стоило их так пугать.
Тот оторвался от цветка и перелетел ей на плечо. Рей привычным движением сняла его на палец и заглянула в мордочку.
