Кстати о найти – на кухне точно есть еда, Богданова ведь, создавая иллюзию благополучия, забила холодильник. Если я останусь не только без секса, но и без завтрака, превращусь в ту еще тварь.
А еще на кухне есть мальчишка. Он снова копается в шкафах, стараясь делать это бесшумно.
– Только не говори, что ищешь турку. Я ее спрятал.
– Зачем?
– А чтобы ты не ошпарился в порыве братской любви.
– Я хочу сварить Даше кофе перед школой.
– Свари ей лучше чай с лимоном. И я бы на твоем месте затихарился и в школу не ходил.
– Это почему?
– Болеет твоя Даша. Температура. Так что заваривай чай, отключай будильник, и делай вид, что просрал подъем.
Он долго размышляет над моими словами, а потом с типично детской непосредственностью интересуется:
– А почему Даша спала у вас?
– А чтобы тебя не заражать.
– А она сильно болеет?
В его глазах отчетливо мелькает страх, и мне становится жалко пацаненка. Они оба живут в вечном страхе, что что-то случится. Не будет денег, еды, работы. Кто-нибудь заболеет, кого-нибудь заберут. Паршиво, на самом деле. Мне плевать, но если вдуматься – полное дерьмо.
– Не знаю, проснешься – спросит. Давай, ешь, пей, и спи. Я тебе как взрослый говорю, в жопу сегодня школу. Если не дурак, ври, что тоже плохое самочувствие. А я, пожалуй, пойду.
На ходу поем. Что-то мне расхотелось кофе. И смотреть, как эта мелочь в панике носится по кухне и готовит своей Даше чай, тоже расхотелось. Я не могу признаться себе, что завидую. У них, как и у меня, нихрена нет. Ни денег – таких, чтобы можно было жить и не париться, ни власти, ни статуса, ни семьи. Ничего за душой, крохотная квартирка и постоянный страх. Но они почему-то кажутся счастливее, чем я, получивший кучу бабла. Это бесит. Так бесит, что хочется разрушить их идиллию, вернуть в реальный мир.
У меня, кажется, отлично выходит. Скоро получу премию «Мразь года».
Зато в работе я как рыба в воде. Это единственное, к чему я рад вернуться: ощущение успеха, азарт, планирование. Я получаю кайф не только от денег и не столько от них, сколько от эйфории, которой накрывает, когда проект стреляет. Это как компьютерная игра: сумеешь дойти до последнего уровня и не потерять очки? Только игра – на экране, а это реальность. Реальные деньги, реальные люди, реальная магия – когда строчки кода превращаются в стройную систему, а на счет падает крупная сумма денег.
Совсем скоро братик узнает, что я его обставил, и в игре появится первый босс. Но так даже интереснее.
Настроение после встречи хорошее. Можно позволить себе сходить в бар и выпить, можно даже раскошелиться на что-то посерьезнее и заказать номер в отеле. Снять в баре симпатичную девчонку и провести с ней ночь куда продуктивнее, чем получилось с Богдановой.
Но меня словно магнитом тянет в дом, который я считал проклятым.
В киоске на остановке я покупаю несколько лимонов, и бешусь. Какое мое дело до того, болеет Богданова или нет?
Но дело очень быстро становится моим. Едва я открываю дверь, то слышу голоса, и они принадлежат не Ивану с Дашей. В коридор выходит довольно миловидная, хоть и явно уставшая, женщина средних лет.
– Вы кто? – спрашивает она.
– Странный вопрос. Это я должен спрашивать, кто вы такая и что делаете в моей квартире.
– А вы здесь проживаете?
– Да. Временно. Снимаю. Что-то не так?
С ней же не могло ничего случиться? У нее была просто температура. Всего лишь жар после стресса.
– Фамилия Имя Отчество?
Она начинает заполнять что-то на планшете.
– Исаев Вадим Егорович. А вы…
– Я – участковый терапевт. Проходите на кухню, будем брать тест.
– Тест?
– ПЦР-тест. Такие инструкции. Сезон, обострение орви, когда есть вызов на температуру, у всех членов семьи берут тест.
– Но я не член семьи, – зачем-то говорю я.
Врач смотрит, как на дебила, да я и сам себя таковым ощущаю. Не вижу смысла спорить и качать права, прохожу на кухню и послушно жду, пока она поковыряется у меня в носу ватной палочкой. За последние два года я проходил эту процедуру сотни раз, и это уже воспринимается как формальность, причем всеми участниками процесса.
– Отлично. Результат в течение пяти рабочих дней, вам позвонит медсестра и скажет. Если звонка не поступит – обращайтесь в регистратуру. Вот предписание, распишитесь, что ознакомлены.
Стоп.
Что?
– Предписание? – вежливо интересуюсь я.
– Разумеется. Самоизоляция до результатов теста. Квартиру покидать запрещено, нужно установить специальное приложение, там вся инструкция. Если придет отрицательный тест – карантин автоматически снимут. Если положительный, то продлят и придут брать анализ повторно.
– А если я откажусь подписывать? Вы охренели?! Из-за сопелек у соседки я должен сидеть с ней запертым в загоне?! У меня работа, алле! Дела! Да я ее даже не знаю, эту дуру болезную!
– Тогда мне придется вызвать полицию. Такие правила. Всем, кто с высокой температурой – тест, карантин. Всем контактировавшим тоже. Вы что, хотите новую эпидемию?!
– Я?! Я нихрена не хочу, я хочу из квартиры выходить!
