Мне все равно не хотелось есть. Я просто хотела, чтобы Райетт находился со мной в доме, где я могу присматривать за ним.
Что-то с громким стуком ударилось о крышу, и этот звук пробрал меня до костей.
Я подбежала к двери и выглянула через стекло, но дождь лил так сильно, что ничего не было видно.
Приоткрыв дверь, я позвала его.
— Райетт?
Ветер начал мне нашептывать слова, которые я не хотела слышать. Он что-то делал с оборванными проводами и его ударило током. Он поскользнулся и упал, сломал ногу.
Прямо сейчас он лежал на пропитанной влагой земле без сознания.
Или звал на помощь.
Я знала, что это неправда.
Или не знала?
Я закрыла дверь и принялась расхаживать взад-вперед между кухней и гостиной, задержавшись в последней, чтобы заглянуть в окно. По-прежнему ничего не видя неприятного, но и то, что я не увидела Райетта, не улучшило ситуацию.
— Оставайся дома, сказал он, — прошептала она. — Он расстроится, если я последую за ним. Он будет ворчать, ворчать и ворчать, и рычать, хотя я не возражаю.
Несмотря на его грубое отношение, я ему нравлюсь. Сможет ли он любить меня так, как я люблю его?
Не имеет значения, если он лежит на улице и умирает.
— Хорошо, вылезай и поищи его, — сказала я, надевая кроссовки. — Просто проследи за ним, не спускай с него глаз и вернись в дом раньше него.
Я надела куртку и взяла фонарик. Затем бросила вызов буре, чтобы разыскать виверну, которую любила.
Ветер налетел на меня, прежде чем я успела покинуть крыльцо, и я снова промокла насквозь из-за дождя.
Сначала я обошла дом, светя фонариком то тут, то там. Я не нашла Райетта, но наткнулась на сук дерева. Наверное, это он, как я поняла, ударился о крышу. Он лежал на земле, а не прислонен к дому, поэтому я оставила его и направилась к амбару.
Внутри меня встретила тишина.
— Райетт?
Вот и все, что я сделаю, подкрадусь к нему и отправлюсь обратно в дом, пока он не поймет, что я поблизости.
Когда Райетт не ответил, я обыскала амбар сверху донизу, но его нигде не было.
Выйдя на улицу, я зашагала вверх по холму, лавируя между его великолепными статьями, пока не добралась до мастерской.
Его также там не было.
Я простояла на вершине холма, осматриваясь, но дождь мешал смотреть.
— Подъездная дорожка, — прошептала я. — Линии электропередач, наверное, проходят по склону. Держу пари, я найду его там, он, наверное, расчищает все от кустов.
Я с радостью помогла бы ему.
Если бы только он видел во мне партнера, а не кого-то, за кем ему приходилось присматривать, пока не закончится эта проклятая буря.
На самом деле, это не такое уж проклятие, если держит нас вместе. Я бы хотела, чтобы это длилось вечно.
Я спустилась с холма и направилась к подъездной дорожке. Лес подступал вплотную, и земля местами была размыта, поэтому двигаться было опасно. Как и ожидалось, я обнаружила кучи веток и кустарники, сложенные вдоль обочин.
Только когда я почти добралась до большого дерева, лежащего поперек подъездной дорожки, я увидела его.
Я посмотрела на Райетта, лежащего на земле под ним. Он лежал на спине, а его руки лежали поверх него. Его бедные крылья криво лежали под ним.
Он не шевелился.
Его глаза были закрыты.
И с того места, где я стояла, разинув рот, мне показалось, что он не дышит.
Я услышал ее прежде, чем увидел.
Милая Нэтти. Женщина, на которую я рычал и делал все возможное, чтобы прогнать ее.
Женщина, которую, как я понял, я любил.
У меня было время подумать, пока я лежал здесь, и единственное, чего я хотел, если смогу освободиться, — это вернуться к ней. Обнять ее. И сказать ей, что я хочу, чтобы она всегда была в моей жизни.
Она, всхлипывая, упала рядом со мной.
— Райетт. Райетт!
У нее задрожали руки, прежде чем она положила их мне на плечи.
Она, рыдая, упала мне на грудь.
Я обнял ее, прижимая к себе, жалея, что не могу сделать больше, чтобы успокоить ее.
— Ты жив, — воскликнула она, поднимая голову и изучая мое лицо. — Ты серьезно ранен.
— Не может быть. Посмотри.
Я дернул плечом с сторону камня, выступающего на подъездною дорожку рядом со мной. Дождь размыл почву и щебень вокруг нее, обнажив ее и создав небольшую открытую площадку рядом с ней. Эта была единственная причина, по которой я все еще был жив.
— Дерево придавило тебя.
Она погладила меня по лицу.
— Мне так жаль. Я надеялась…
— На что ты надеялась, Нэтти?
Я смотрел на ее лицо, затаив дыхание.
— Я надеялась, что у нас еще есть время.
В ее глазах было слишком много уязвимости. И одиночества. Это отражало чувства, с которыми я жил с тех пор, как превратился в виверну.
Так не должно случиться ни с кем из нас, если мы будем вместе. Я хотел быть счастливой статуей, а не сердитой.
— Вытащи меня из-под этого дерева.
Когда мы окажемся внутри, я покажу ей, как много она для меня значит. Я был не из тех, кто умеет подбирать правильные слова. Какими бы навыками я ни обладал в этой области, они улетучились, когда один человек за другим отвергали меня. Если бы моя мама не находилась рядом, я бы, возможно, убежал в лес, и меня никогда бы больше не увидели.
Вместо этого я убежал в лес и нашел способ выжить.