Они сходились в Академии От разных почестей пришедши Один как после эпидемии Другой как будто сумасшедший Один неправедн и неистов Другой исполнен внешне вежества Тот – морганистов-менделистов А этот – темного невежества Наследники Ты неправ! – говорил Вавилов А ты – фашист! – вопиял Лысенко Нет, ты неправ! – настаивал Вавилов А ты – убийца! и враг народа! – Лысенко вопиял Неправ, неправ ты! — Взять! взять его!Нет, нет, я не хотел, не хотел, это кто-то другой, другой, это не я, я не хотел смерти его, я был просто прав, а он был неправ, неправ и возражал при этом еще, но я его не убивал, я просто был прав, а он сопротивлялся, но я не хотел, не хотел, я просто был прав, а он сопротивлялся, а я был прав
Тухачевский командарм Что твой конь в ночи поет? Спать нам бедным не дает — А берите его! — И даром Нам не нужен, Бог, прости! Сколько лет он, Боже Сил Смертю на себе носил Чтобы к месту привезти К сроку О чем, о чем мы говорили О чем сгорали до стыда Словно безмолвные стада Пока над нами камарилья Сталинская Огромной хищной птицей Ыбрать Летала и смотрела: выбрать Кого Следующего А мы говорили А мы сгорали Стада безмооолвныеее Ооорды безууумныеее Тучи безглаасныеее Камарииилья стааалинсккаяяяЛетала огромной страшной птицей Ыбрать и все смотрела вниз – выбрать кого бы ей следующего! – да мы перетерпим
Я проснулась, я встала неслышно Я к окну подошла как во сне Вижу – всюду как вечное Ышло Белым саваном выстелен снег Я упала на пол, зарыдала Залилася горючей слезой Ой ты, Алан Апо! ой ты Дала Забирай меня строгий конвой Я готова Я вышла – трава вся сырая Засыпанный листьями сад И в дальнем углу у сарая Зверька небольшого Мисад Нашла и в ладонях согрела И он вдруг усами порос Московского квазимингрела Да как закричит: Мипороооос! И исчез И трава Листья Сада Зверек небольшой Зверек Мипорос Яяя нашлааа Яяя согрееелааа Усааами порооос Мингрел квазимоскооовскииий Арааап петрооовскииий Еврееей рууускииий А всё вдруг как закричит: Мииипорооос! Мипорооос! Мипороооос! И исчезло Словно небесная Васына Я вышла в обмелевший сад На даче спят еще два сына И дочери на даче спят Все остальные – в небе спят Или в земле, сложивши крылья До времени – то камарилье Сталинской БлагодаряДо срока в земле спят, а я иду поверх них в саду обмелевшем словно небесная Васына и чувствую, что где-то здесь на даче спят два сына и две дочери, а все остальные уже в небесах или до сроку в землю ушли благодаря сталинской камарилье, одна Я словно Васына небесная брожу в обмелевшем саду
Чую запах человечий Только что-то он невечен! — Так с усмешкой говорила За дверями заседая Сталинская камарилья Набрасываясь и съедая Следом Человека-то 
