Пожарный – в Первой Конной служил Милицанер – во Второй Еврей комиссаром там памятным был И в Первой и во Второй Моряк же все время перебегал — То в Первую, то во Вторую Мария со знаменем шла впереди Кожанка грудь обнимала тугую Пронеслось все. Пожарный в подполье ушел Моряк же дальше помчался Еврей потихонечку отошел Но где-то рядом остался Мария же знамя и револьвер Ремни и кожанку сняла И передала их Милицанеру Сама же на небо ушла Восток – он все время на Запад глядит А Запад – глядит на Восток А кто это там посередке сидит? — А это сидит СССР Глядит он на Запад – сомненье берет Глядит он тогда на Восток Восток его тоже к себе не берет Да не очень-то и нужен – Восток Вот он на себя как на центр глядит Он центр и есть – СССР Восток на окраине где-то сидит А Запад уж и вовсе – незачем Когда умру: Вот – скажут – умер Пригов А как живу – все слышу приговор: Какой он – Пригов?! Этот Пригов – вор! Он жизнь ворует для интригов А что мои интриги, если взять — Ну, дураком кого-то обозвать Ну, попрекнуть Орлова дочкой Все ж для других, а для себя – ни строчки Когда я в армии служил Мой командир меня любил За то, что храбрый был и смелый Шутник я был, танцор я был Хоккей смотрел, поделки делал Стихи писал, жену любил<p>Терроризм с человеческим лицом</p>1981Предуведомительная беседаТЕРРОРИСТ Что есть истина?
МИЛИЦАНЕР Истина в человеческом к ней приближении есть правда.
ТЕРРОРИСТ А что есть правда?
МИЛИЦАНЕР Правда есть то, перед лицом чего мы чувствуем долг приятия, утверждения и отстаивания ее.
ТЕРРОРИСТ А что есть долг?
МИЛИЦАНЕР Долг во внешнем и объективированном виде есть закон.
ТЕРРОРИСТ А что есть закон?
МИЛИЦАНЕР Сейчас и здесь закон есть Я!
ТЕРРОРИСТ А что же есть я?
МИЛИЦАНЕР А ты есть некритериальное, недефинированное и непросветленное все это вместе.
Склонясь у гробового входа Не то, что мните вы – язык Не слепок, не бездушный лик В нем есть душа, в нем есть свобода В нем есть любовь, в нем есть язык Гады! Вот бронзовый, Пушкин, и глупый стоишь А был уж как хитрый ты очень А я вот живой, между прочим А я вот по улице Горького Гуляю и думаю: Ишь! Забрался на цоколь гранитный Поэзией руководишь! А вот как ужасную бомбу На город Москву опустить Погибнут тут все до единого И некем руководить На Западе террористы убивают людей Либо из-за денег, либо из-за возвышенных идей А у нас если и склонятся к такому — Так по простой человеческой обиде или по злопамятству какому Без всяких там денег, не прикидываясь борцом И это будет терроризм с человеческим лицом Посредине мирозданья Среди маленькой Москвы Я страдаю от страданья Сам к тому ж ничтожно мал Ну, а если б я страдал Видя это или это То страдания предметы Принимали б мой размер Но страданьем же страданья Я объемлю мирозданье Превышая и Москву 
