«Только их тут не хватало»
«Да, он говорит как идиот, но он всё же защитник».
Некоторые настолько подзарядились, что начали шушукаться с соседями:
— Наш защитник пришёл к нему в первый же день…
— Ты прав, это странно…
Куроде надоела это нерешительность первогодок и он схватил за шиворот первого попавшегося, сидевшего на первой парте, парня.
— Эй, ты, чмо, где этот новенький?
— Он вон там, — дрожащей рукой показал на меня схваченный, — у окна, прямо перед вами…
Курода смотрит на меня. Я на него. Немая сцена.
Помню в манге Китано не понял, чего от него хотят и просто смотрел. Но этого оказалось достаточно. Сейчас Куродо отвернётся, схватит первого попавшегося очкарика и с криком, — это точно ты, — утащит его из класса. Меня это не устраивает. Не хочу проходить канонную развязку, там всё завязано на глупость и счастливый случай. Да и невинный человек зря пострадает.
— Меня ищешь? — не разрывая зрительного контакта с абьюзером, медленно встаю из-за парты.
— Нет! — сразу вспотел Курода, — я это… его, — показывает на сидящего рядом очкарика.
— Уверяю вас, Курода-сан, — начинаю идти к нему, — вы ошибаетесь. Я в этом классе единственный переведённый ученик. Из этого следует, — подхожу к нему, — что я, то самое, нужное вам чмо.
Широко улыбаюсь.
Куроду кажется сейчас кондрашка хватит. А ведь он выше меня на голову и в полтора раза шире в плечах. Но трусоват. Даже в боевую стойку не встал. Знаю, что стоит на него надавить и он отдаст свой титул. Интересно, а если его стукнуть, он станет фиолетовым в крапинку?
— Нет, это… я перепутал, — он начинает пятиться к выходу, — это в другом классе…
Делаю два быстрых шага и хватаю правой рукой его за горло. В этом нет ничего сложного, если противник открыт. Да и реакции Китано мало кто может противостоять.
Приём простой. Держишь кисть в форме гаечного ключа, втыкаешь пальцы по обеим сторонам трахеи, а потом чуть-чуть сжимаешь захват. Если сдавить сильнее, жертва начнёт задыхаться. Если сдавить и чуть повернуть кисть, потеряет сознание. А если сдавить и рвануть на себя, можно вырвать горло.
Но сейчас это не нужно. Сжимаю и медленно тащу на себя, заставляя высокого Куроду нагнуться. Он не пытается вырваться. Возможно, понимает, что в таком положении это трудно. Я-то знаю парочку приёмов как уходить из такого захвата, но в Японии такому открыто не учат.
— Курода-сан, — шепчу ему в ухо, как раз оказавшееся у меня перед лицом, — мы с вами оказались сложном положении. Вы прилюдно оскорбили меня, и я должен на это отреагировать. — через руку в меня вливается поток чистого ужаса, отчего опять хочется шутить. — Но вы знаете, — чуть отстраняюсь, глядя в круглые глаза на залитом потом лице, — как сложно в здании школы спрятать случайно образовавшийся труп?
Наверно я ему что-то всё-таки пережал, потому что здоровяк падает на пол в отключке. А я чувствую, как собранная энергия конденсируется внутри меня в маленький, как у первого убитого мной призрака, шарик. Теперь она не потеряется. Прекрасно.
— Господа, — в хорошем настроении улыбаюсь дружно вздрогнувшим подручным Куроды. — Нас в вами не представили другу-другу. Меня зовут Китано Сэйитиро. Ваш друг представился, но почему-то забыл назвать ваши имена?
— Оошита, кланяется один.
— Токияма, повторяет за ним второй.
— Может вы объясните мне Оошита и Токияма, почему в старшей школе Хекикуу, защитник нападает на тех, кого вроде как обязан защищать?
Мнутся и молчат.
— Думаю, я выражу общее мнение, — обвожу рукой своих вылупивших глаза одноклассников, — что нам будет лучше без вашей защиты. Как вы думаете?
Переглядываются, смотрят на лежащего босса и кивают.
— Тогда, я вас больше не задерживаю, — показываю рукой в сторону выхода.
Оба быстро хватают Куроду да руки и волоком утаскивают за дверь.
Китано не любил драться, но ради защиты слабых он согласен терпеть мои методы.
Поворачиваюсь к классу. Надо бы им что-то сказать, но ничего в голову не приходит. Вспоминаю, что они ещё не обедали, боялись чего-то, пока я находился в классе. Ну, у них ещё достаточно времени. Улыбаюсь им и ухожу из класса.
— Нам повезло, — донеслось тихонько из-за закрытой двери вместо с общим вздохом, — мы выжили!
